«Уголовная ответственность

Бакалаврская работа

Жизнь и здоровье человека являются конституционно признанными основополагающими ценностями, которые охраняются и охраняются. Среди конституционных гарантий прав человека на жизнь и здоровье важное место занимают конституционные гарантии права на охрану здоровья и права на получение качественной и доступной медицинской помощи.

Межотраслевой правовой институт регулирования возмещения вреда, причиненного здоровью пациента при оказании ему медицинской помощи, в том числе вследствие врачебной ошибки, имеет большое значение в комплексе конституционно-правовых гарантий качества и доступности медицинской помощи. Однако потенциал этого учреждения в настоящее время полностью не реализован.

Изменение законодательства Российской Федерации в здравоохранении вследствие принятия Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ, издания ряда постановлений Правительства Российской Федерации, обеспечивающих реализацию этого Федерального закона, включая постановления, устанавливающие правила определения момента смерти человека, в том числе критерии и процедуры установления смерти человека, правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, принятие в последние годы для защиты прав пациентов других значимых официальных документов, а с другой стороны – существенное увеличение числа судебных процессов и уголовных дел в связи с дефектами медицинской помощи, в том числе в связи с врачебными ошибками, – всё это обусловливает необходимость обстоятельного осмысления понятий «дефект медицинской помощи» и «врачебная ошибка» (англ. – medical error, франц. – erreur médicale, испанск. – error médico, португал. – erro médico), исследования содержания, структуры, природы и иных особенностей этих феноменов. А также определяет необходимость систематической оценки эффективности гарантий защиты пациентов от негативных последствий действий медицинских организаций и их персонала, закрепленных в российском законодательстве о здравоохранении.

В законодательстве Российской Федерации для обозначения юридически значимого явления «дефект медицинской помощи» используется близкое по значению понятие, но не тождественное «причинение вреда жизни и здоровью при оказании гражданам медицинской помощи» ( части 2–4 статьи 98, часть 7 статьи 50 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Отказ российского законодателя от применения в принятом недавно Федеральном законе «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ таких понятий, как «дефект медицинской помощи», «халатность при оказании медицинской помощи», «врачебная ошибка», а эти понятия не закреплены и в других законодательных актах, влечёт недостаточную эффективность правовых механизмов предотвращения причинения вреда жизни и здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, а также механизмов, обеспечивающих возмещение причиненного вреда. Эта позиция представляет собой отход от решения комплекса серьезных правовых и социальных проблем с негативными последствиями для граждан, общества и государства, от недостатков медицинской помощи, в том числе врачебных ошибок. В настоящее время на уровне федерального закона отсутствуют правовые основы критериев выявления и оценки дефектов медицинской помощи, их оснований, условий и механизмов фиксации и в целом отсутствуют необходимые, в достаточной мере детализированные правовые основы установления виновности/невиновности врача, учитывающие существенные особенности этой сферы деятельности.

13 стр., 6214 слов

Медицинская помощь и лечение

... также в учреждениях системы социальной защиты. Граждане имеют право на бесплатную медицинскую помощь в государственной и муниципальной системах здравоохранения в соответствии с законодательством Российской Федерации, республик в составе Российской Федерации и правовыми актами автономной области, автономных ...

Отсутствуют надлежащего качества и детализации правовое регулирование процедур возмещения вреда и ответственности медицинских работников и фармацевтических работников за вред, причиненный ими жизни и (или) здоровью граждан. На уровне федерального законодательства существуют только общие декларативные правила о возмещении убытков и мерах ответственности. Заявляемые руководством России приоритетные направления развития отечественной системы здравоохранения, включающие в числе прочих повышение гарантированности и защищенности прав пациентов, так же актуализируют необходимость глубокого и всестороннего исследования врачебной ошибки и её правовых последствий, вопросов редуцирования этой проблемы.

В настоящее время в Российской Федерации отсутствуют вызывающие доверие официальные данные медицинской статистики о количестве допускаемых в медицинских организациях дефектов медицинской помощи, так в отчетах Верховного суда Российской Федерации нет выделенных сведений о причинении вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Учитывая вышесказанное, интересна статистика по другим странам. В больницах США каждый день со стороны медицинского персоналав происходит около 40 000 случаев причинения вреда пациентам, а ежегодно эта цифра составляет в совокупности около 15 млн. случаев причинения вреда пациентам. Расходы, которые понесли правительственные программы по страхованию здоровья Medicare (страхование пожилых людей старше 65 лет, инвалидов) и Medicaid (страхование американцев из бедных семей) ежегодно составляют около 55 млрд. долл. США ( данные НМП — национальной медицинской палаты – 2015 г.).

В Соединенных Штатах был проведен опрос Союза потребителей, в котором приняли участие более 2000 американцев, чтобы изучить их взгляды после пребывания в медицинских организациях и контактов с медицинскими учреждениями. По результатам опроса почти каждый пятый (в 18 % случаев) сообщил, что лично он или его член семьи заразился инфекционным заболеванием при проведении медицинских процедур. Некоторые респонденты сообщили, что им пришлось продлить пребывание в медицинской организации или госпитализировать из-за заражения таким заболеванием. Некоторые респонденты заявили, что они исправляли ошибки, допущенные медперсоналом во время рутинных медицинских процедур, 9% респондентов заявили, что получали неправильные лекарства.1 The Facts [Факты] / Patient Safety Education Program //

32 стр., 15646 слов

Защита прав потребителей при оказании медицинских услуг

... пациентов и врачей от произвола друг друга и от судебных ошибок. Целью дипломного исследования является проведение правовой характеристики обязательств по оказанию медицинских услуг, прав потребителей при оказании медицинских ... сложно разобраться в специфических вопросах медицинского права. Поэтому особенно хотелось бы отметить работы А.В. Тихомирова, являющегося по образованию одновременно врачом и ...

Большое количество пациентов получают травмы, полученные им в реабилитационных учреждениях, домах престарелых, в амбулаторной и стационарной сети при оказании медицинской помощи разного рода, а также при хирургических операциях. Определенное количество таких медицинских ошибок не причиняет вреда либо причиняет незначительный вред здоровью, однако в отдельных случаях причиняется серьёзный вред здоровью пациента или смерть, что в целом приводит к повышению уровня заболеваемости и смертности.2

Выплаты по искам о медицинской халатности к врачам, ординаторам, интернам и другому медицинскому персоналу составили 9 497 человек, которые были произведены в Соединенных Штатах в 2011 году. Самое значимое число исков среди штатов США было предъявлено и удовлетворено при совершении медицинским персоналом медицинской халатности в штате Нью-Йорк и составило 1 379.3

Ежегодно, по данным Центра безопасности пациентов Коннектикута, более 3 процентов пациентов страдают от медицинских ошибок, причем 1 из 300 умирает от таких ошибок. 90 тысяч пациентов умирает в результате заражения внутрибольничными инфекциями, из них более 50% таких MacCourt D., Bernstein J. Medical error reduction and tort reform through private, contractually-based quality medicine societies [Сокращение медицинских ошибок и изменение ответственности за счет частных, договорных обществ, основанных на качестве медицины] // American Journal of Law & Medicine. –2009.–№ 35. – P. 505–561. . Number of Paid Medical Malpractice Claims, 2011 [Количество случаев дефектов медицинской помощи в платной медицине, 2011 год] //

Согласно проведенному исследованию в 2012 году, за 2 месяца среди педиатрических отделений 8 — ми служб неотложной скорой помощи в штате Мичиган, ежегодно обслуживающих около 4700 маленьких пациентов ( менее 18 лет), ошибки в дозировке лекарственных средств произошли в 125 случаях их применения из 360, что составило 34,7 % от общего их числа, необходимо отметить, что за ошибку в дозировке лекарственного средства принималось отклонение, составлявшее более 20 % от корректной дозы препарата.5 По данным СIA World Fastbook по уровню детской смертности Америка находится на 41 месте в мире, по продолжительности жизни на 47 и 1 месте среди самых финансовоемких систем здравоохранения (данные ВОЗ 2013 г.)

Согласно данным, опубликованным Canadian Dimension Magazine, в Канаде 40 000 канадцев ежегодно умирают из-за халатности медицинских работников.6

На 55 % в сравнении с 2005–2006 гг, возросло количество исков, поданных в связи с совершением халатности в медицинских организациях против Национальной службы здравоохранения Великобритании в период 2010–2011 гг. Выплаты по таким претензиям и искам со стороны Национальной службы здравоохранения Великобритании составили 729 млн. фунтов стерлингов. В 2013г. руководство Национальной службы здравоохранения Великобритании выделило уже 26,1 млрд. фунтов стерлингов на компенсационные выплаты пациентам, что эквивалентно четверти годового бюджета службы здравоохранения и составляет 113 млрд. Medical Error [Медицинская ошибка] / Connecticut Center for Patient Safety //

37 стр., 18381 слов

Анализ вопросов уголовно правового регулирования медицинской деятельности

... деяния при оказании медицинской помощи и обладающих своей спецификой. Все выше сказанное предопределило выбор темы настоящей дипломной работы. Объектом исследования в настоящей работе является изучение специфики деятельности медицинского работника, как специального ...

Больше всего исков были поданы по трем направлениям медицины: хирургия (общее количество исков составило 25 867, или 39 % от общего их числа), акушерство и гинекология (общее количество исков составило 12 045, или 20 % от общего их числа), а также общая терапия (общее количество исков составило 13 095, или 18 % от общего их числа).7

Согласно отчету Британского национального агентства по безопасности пациентов, в 2014 году от ошибок врачей пострадали 526 000 британских пациентов. Некомпетентность или халатность медицинского персонала привели к смерти 2159 пациентов. Комментируя данные доклада, представитель Министерства здравоохранения Великобритании отметил, что, несмотря на серьезность приведенных цифр, количество пострадавших от неправильного лечения составляет незначительную часть от большого потока пациентов, которых обслуживает национальная система здравоохранения.

Европейский Союз , проведя опрос среди пациентов, являющихся гражданами государств-членов Европейского Союза по причине того, какие неблагоприятные события могли бы случиться с ними во время нахождения в медицинской клинике обозначил: 1 место — 49 % опрошенных отметили медицинские ошибки, связанные с приёмом лекарственных препаратов, 2 место — 46 % отметили хирургические медицинские ошибки и 39 % опрошенных пациентов склонились к тому, что во время лечения в медицинской организации в отношении них могли бы быть

7 7 1516Clinical Negligence Annual Report 2012 [Клиническая халатность. Годовой отчет за 2012 год] / Penningtons Solicitors LLP. – London, 2012. — P. 4.

Сегодня в России ситуацию в целом можно охарактеризовать как явное отсутствие надлежащих эффективных правовых механизмов защиты прав пациентов наполучение качественной и доступной медицинской помощи, в том числе права на защиту от дефекта и ненадлежащего ее оказания. Генеральная прокуратура Российской Федерации систематически фиксирует факты ненадлежащего выполнения медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей, повлекших причинение тяжких телесных повреждений, а также смерть . С 2010 по 2011 год только в 35 регионах возбуждено 133 уголовных дела по фактам причинения смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (статья 109 Уголовного кодекса РФ), а также халатности (статья 293 Уголовного кодекса РФ).9

В апреле 2014 года генеральный прокурор Чайка представил данные, выступая с ежегодным докладом на заседании Совета Федерации Федерального собрания Российской Федерации: «Каждые 40 минут в российские суды обращаются к прокурору пациенты с жалобами на охрану здоровья». Так, в 2013 году прокуратура от имени социально незащищенных слоев населения подала в суд 12 тысяч исков. Ежегодно около 100 врачей признаются виновными в непредоставлении или ненадлежащей медицинской помощи.

Но это, можно сказать, лишь «видимая часть айсберга». Статистических данных о врачебных ошибках в России просто нет, кроме ОМС, статистику недочетов в оказании медицинской помощи больше никто не ведет. Цифры, приведенные в разных статьях, настолько разнятся, что работать с ними крайне сложно. Стоит

8 8 Patient safety and quality of healthcare: Full report [Безопасность пациентов и качество медицинской помощи: Полная версия доклада] / Special Eurobarometer–Brussels, 2010.– р.14. http://ec.europa.eu/public_opinion/ archives/ebs /ebs_327_en. Генеральная прокуратура Российской Федерации провела проверку исполнения законодательства об охране здоровья несовершеннолетних // . – 14.05.2012 предполагать, что число случаев врачебных ошибок, также как и дефектов медицинской помощи в целом в России очень велико и игнорировать эту проблему просто невозможно.110

10 стр., 4707 слов

Управление конфликтными ситуациями в медицинских учреждениях

... в медицинских учреждениях с точки зрения их негативного влияния на качество оказываемой пациенту медицинской помощи. Актуален вопрос создания эффективных технологий управления конфликтными процессами в медицинских учреждениях, включая их прогнозирование, выявление, уменьшение и разрешение. ...

В связи с этим Правительством Российской Федерации поставлена ​​задача по расширению возможностей граждан влиять на деятельность медицинских организаций, внедрению практики оценки качества и доступности медицинской помощи, оказываемой пациентам.

Концепцией долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года определена задача обеспечения государством «качественного прорыва» в сфере здравоохранения для улучшения ситуации с состоянием здоровья граждан (часть 2 раздела III).

Но в российском законодательстве крайне недостаточно разработаны вопросы профилактики как дефектов медицинской помощи так и врачебных ошибок, в отличие, например, от Франции, США, и еще многих государств мира, где понятие «врачебная ошибка» достаточно проработано, а судебная практика весьма обширна, также характерны очень высокие размеры компенсаций пострадавшим, выплачиваемые в зарубежных государствах от врачебных ошибок.

«Врачебная ошибка» довольно сложное понятие, требующее очень глубокого осмысления в рамках медицинской биоэтики, деонтологии, сложнейших вопросов ценности человеческой личности, ценности человеческой жизни, прав личности и её достоинства.

Исследование проблемы врачебной ошибки невероятно важно для обеспечения защиты законных прав и интересов медицинских работников при защите корпоративной репутации медицинских учреждений.

Справка Общественного совета при Росздравнадзоре «О рисках страхования профессиональной ответственности врачей» от 13.03.2007 // ; Пичугина Е. Пациент всегда прав? Но наши больные склонны прощать врачам их ошибки // Московский комсомолец. – 07.09.2009; Рыбина Л. Врачи не видят себя в зеркале // Новая газета. – 21.10.2009. – № 117. ; Панов А.В. Сравнительные данные случаев оказания ненадлежащей медицинской помощи в России // . – 22.01.2010 Настораживает тот факт, что, несмотря на важность и актуальность проблемы, многие медицинские работники к теме ответственности (как уголовной, так и гражданской), при осуществлении ими своей профессиональной деятельности не проявляют должного внимания, в связи с этим — совершенно не представляют себе возможных правовых последствий своих ненадлежащих действий по оказанию медицинской услуги, а без знания правовых норм, регулирующих профессиональную деятельность, врач не может на должном уровне выполнять свои профессиональные обязанности.

По мнению президента Национальной ассоциации медицинского права, профессора Сергеева Ю.Д. «медицинская и юридическая практика убедительно свидетельствует, что чем выше правовая культура врачей, тем неукоснительнее выполняются ими профессиональные обязанности, тем выше качество и эффективность лечебно-диагностической помощи населению, тем реальнее обеспечиваются права и законные интересы граждан в сфере здравоохранения» (Сергеев Д.Ю., Ерофеев В.С. 2001).

Таким образом, актуальность настоящей темы обусловлена тем, что как на федеральном уровне, так и в субъектах РФ отсутствуют данные об уровне распространенности ненадлежащего оказания медицинских услуг, а также основных причинных связях с медицинскими и правовыми аспектами; не определена потребность в правовой помощи медицинским работникам, учреждениям и организациям; отсутствует анализ ответственности за профессиональные нарушения, не разработана концептуальная модель и технологии оказания правовой помощи как системы предупреждения нарушений в медицинской практике.

11 стр., 5440 слов

Медицинское право Российской Федерации: предмет и принципы

... обширного законодательства). право медицинское дисциплина 1. Понятие, предмет и методы медицинского права Кардинальные социально-экономические изменения, происшедшие за последнее время в России, утвердили положение, в соответствии с которым профессиональная медицинская деятельность должна особенно четко ...

Целью представленной дипломной работы является анализ вопросов уголовно-правового регулирования медицинской деятельности, являющейся одной из самых важных сфер жизнедеятельности человека, в том числе вопросов квалификации отдельных профессиональных преступлений, совершаемых медицинским персоналом, а также определение круга обстоятельств, которые исключают вину медицинского работника, вследствие врачебной ошибки и при неблагоприятных исходах оказания медицинской помощи.

Вышеизложенные цели конкретизируются в постановке и решении ряда следующих основных задач:

1. провести анализ отечественного и зарубежного опыта изучения распространенности ненадлежащего оказания медицинских услуг и оказания правовой помощи в медицинской практике;

2. выявить специфичность медицинской деятельности, оценить правовые отношения в сфере охраны здоровья населения;

3. дифференцировать понятие «врачебная ошибка» и профессиональное преступление, совершаемых в сфере медицинской деятельности в российском законодательстве и международных нормативных документах;

4. классифицировать дефекты медицинской помощи;

5. дать уголовно-правовую характеристику преступлений, совершаемых медицинскими работниками.

Для создания работы использовались нормативно-правовые документы: Конституция РФ, законы, регламентирующие деятельность системы здравоохранения, деятельность системы обязательного медицинского страхования, как непосредственного субьекта системы и защищающего права пациента, действующий Уголовный кодекс, Гражданский кодекс, отечественное уголовное законодательство дореволюционного и отечественного периодов, иные федеральные законы, постановления Правительства РФ, отраслевые и ведомственные акты Министерства здравоохранения РФ.

Мною были изучены работы Павловой Н. В., Таганцева Н. С., Канунниковой, Александровой А.А., Бердичевского Ф.Ю, Шаргородского М. Д., Серовой А.В., Загородникова Н. И., Огаркова И. Ф., Малеина Н. С., Акопова В. И., Дагеля П. С. , Кибальника А. Г. и др.

Выводы построены на основе изучения материалов трудов таких авторов, как: Н.В. Эльштейн11 ;Ф.А. Айзенштейн12 ;В.А. Рыков 13

;А.В. Саверский 14

С.В. Ерофеев, Ю.Д.Сергеев 15

;А.В. Сучков 16

;В.Ф.Чавпецов, М.А. Карачевцева17 А.А.Александрова, М.Н.Маркин 18

;О.Ю.Александрова 19

;Р.А.Давыдов20 ;М.С. Князь 21

;А.В Кудаков22 , а также зарубежных авторов: Ригельман Ричард К.

Эльштейн Современный взгляд на врачебные ошибки // Терапевтический архив. – 2005. – № 8.

Айзенштейн Ф.А. Анализ летальных исходов (задачи и методы).

– М.: ЧеРО, 1995

Рыков В.А. Врачебная ошибка: медицинские и правовые аспекты // Медицинское право. – 2005. – № 1.

Саверский А.В. Права пациентов на бумаге и в жизни. – М.: Эксмо, 2009. – 544 с.; Саверский А.В. Особенности национального лечения: в историях болезни и отзывах адвокатов. – М.: Эксмо, 2010

18 стр., 8973 слов

Лицензирование предпринимательской деятельности

... лицензирования предпринимательской деятельности. Теоретической основой исследования являются научные труды отечественных правоведов как в области общей теории права, так и отраслевых юридических наук. Среди них следует выделить работы ... создания и деятельности предпринимателей. Так, с помощью контроля, избегается создание "фирм-однодневок", не способных отвечать по своим обязательствам, тем самым ...

Сергеев Ю.Д., Ерофеев С.В. Неблагоприятный исход оказания медицинской помощи. – М. – Иваново, 2001

Сучков А.В. Анализ дефиниций понятия «врачебная ошибка» с целью формулирования определения «профессиональные преступления медицинских работников» // Медицинское право. – 2010. – № 5. – С. 45– 17

Чавпецов В.Ф., Карачевцева М.А., Михайлов С.М., Гуринов П.В. Правила и методические приемы анализа врачебных ошибок и их негативных следствий при проведении экспертизы качества медицинской помощи: Методические рекомендации. – СПб.: СПб. гос. медицинская академия им. И.И. Мечникова Росздрава, 2007

Александрова А.А., Маркин М.Н. Юридическая ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью пациента // Экономика здравоохранения. – 2009. – № 5–6. – С. 61–64.

Александрова О.Ю., Герасименко Н.Ф., Григорьев Ю.И., Григорьев И.К. Ответственность за правонарушения в медицине: учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. – М.: Академия, 2006 Давыдов Р.А. Преступления против жизни и здоровья личности, совершенные медицинскими работниками по неосторожности: типичная информация о личности преступника // Бизнес. Образование. Право. Вестник Волгоградского института бизнеса. – 2012. – № 1. Князь М.С. Способ совершения преступлений, связанных с врачебной ошибкой, повлекших за собой причинение тяжкого вреда здоровью или смерть потерпевшего // Закон и право. – 2012. – № 9. – С. 76–79. (Riegelman Richard K.)23; Банджа Джон (Banja John)24; Сатклифф Кэтлин М. (Sutcliffe Kathleen M.) , Розенталь Мэрилин М. (Rosenthal Marilynn M.) 25

; Чэссин Марк Р. (Chassin Mark R.) и Бешер Элис К. (Becher Elise C.) 26

; Лип Л. (Leape L.)27; Дженисек Милош (Jenicek Milos)28; Миллер Сильвия Р. (Miller Sylvia R.)29; Либман Кэрол Б. (Liebman Carol B.) и Хаймэн Крис Стирн (Hyman Chris Stern)30; Лайен Брайен А. (Liang Bryan A.)31; Ливэн Брэндон (Levan Brandon)32; Корригэн Джанет М. (Corrigan Janet M.), Кон Линда Т. (Kohn Linda T.) и Дональдсон Молла С. Кудаков А.В. Врачебная ошибка и ее уголовно-правовая оценка: Дис. … канд. юридич. наук: 12.00.08. – Саратов, 2011. Ригельман Р.К. Как избежать врачебных ошибок: Книга практикующего врача: Пер. с англ. – М.: Практика, 1994. – 208 с. Banja J. Medical Errors and Medical Narcissism [Медицинские ошибки и медицинский нарциссизм]. – Sudbury (MA; USA): Jones & Bartlett Learning, 2005. Rosenthal M.M., Sutcliffe K.M. Medical error: What do we know? What do we do? [Медицинская ошибка. Что нам известно? Что делать?]. – San-Francisco: Jossey-Bass, 2002. Becher E.C., Chassin M.R. Improving Quality, Minimizing Error: Making It Happen [Улучшение качества, минимизация ошибки: Достичь цели] // Health Affairs. – 2001. – Vol. 20. – № 3. .

Leape L. Error in Medicine [Ошибка в медицине] // Journal of the American Medical Association. – 1994. – Vol. 272. – № 23. Jenicek M. Medical error and harm: Understanding, prevention, and control [Медицинские ошибки и вред: понимание, профилактика и контроль]. – New York: A Productivity Press Taylor & Francis Group, 2011. Miller S.R. Medical Error Prevention [Превенция медицинской ошибки]. – Deerfield Beach (Florida, USA): Health Studies Institute, Inc., 2003. . Liebman C.B., Hyman C.S. Medical Error Disclosure, Mediation Skills, and Malpractice Litigation. A Demonstration Project in Pennsylvania [Выявление медицинской ошибки, технологии посредничества, разрешение конфликтов, вытекающих из дефектов медицинской помощи. Демонстрационный проект в Пенсильвании] / The Project «Medical Liability in Pennsylvania». – Washington, 2005. . Liang B.A. A system of medical error disclosure [Информационная система фиксации медицинских ошибок] // Quality & safety in health care. – 2002. – № 11. . . Levan B. Medical errors [Медицинские ошибки] // . (Donaldson Molla S.)33; Глак Пол А. (Gluck Paul A.)34 и др. отчетов Федерального фонда ОМС 2011-2015 гг.

14 стр., 6638 слов

Правовые вопросы государственной системы обязательного медицинского страхования

... российским законодательством прав граждан на медицинскую помощь счет средств ОМС; обеспечение финансовой устойчивости системы ОМС и создание условий для выравнивания объема и повышения качества медицинской помощи, предоставляемой гражданам на всей территории ...

Теоретическая значимость работы состоит в системной оценке особенностей нормативно — правового обеспечения прав пациентов, в том числе гарантий охраны и защиты прав пациентов на безопасность для здоровья и жизни при получении медицинской помощи в законодательстве Российской Федерации и в законодательствах зарубежных государств.

Практическая значимость работы заключается в возможности применения ее содержания к правоотношениям, возникающим между врачом и пациентом при получении медицинской помощи, а также при дефектах ее оказания.

Цель и задачи, поставленные в работе, обусловили ее структуру и логику изложения материала. Дипломная работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка используемой юридической литературы. Kohn L.T., Corrigan J.M., Donaldson M.S. (Eds.).

To Err Is Human: Building a safer health system [Человеку свойственно ошибаться: создание безопасной системы здравоохранения] / Committee on Quality of Health Care

Глава 1

Врачебная ошибка и правонарушения в

медицинской деятельности

1.1. Врачебная ошибка по Российскому законодательству

Одним из часто встречающихся определений врачебной ошибки, является определенин, предложенное академиком Давыдовским: «врачебная ошибка — это следствие добросовестного заблуждения врача при выполнении им профессиональных обязанностей. Главное отличие ошибки от других дефектов врачебной деятельности — исключение умышленных преступных действий небрежности, халатности, а также невежества».34

В медицинской литературе под врачебной ошибкой часто понимают действия врача, основывающиеся на несовершенстве современной медицинской науки, объективных условиях работы, недостаточной квалификации или неспособности использовать свои знания. 34

Врачебная ошибка в медицинской литературе описывается чаще всего как незлоумышленное заблуждение врача или медицинского сотрудника в его профессиональной деятельности, если при этом отсутствует недобросовестность или халатность 35.

Как такового законодательно закрепленного понятия «врачебная ошибка» не существует. Законодательству термин «врачебная ошибка» неизвестен, поэтому юристы как правило его не употребляют. Он имеет распространение Врачебная ошибка с тяжкими последствиями и ее юридическая квалификация (сравнительно-правовой анализ) В. Флоря, кандидат юридических наук, доцент Академии «Штефан чел Маре» МВД РМ Закон и жизнь № 2014 стр. 15

35 Материал из Википедии – свободной энциклопедии преимущественно в медицинской литературе, но и здесь не существует общепринятого понятия этого термин.

«Врачебная ошибка» вне зависимости от тяжести наступивших последствий не может быть наказуема юридически, она является не уголовно-правовой проблемой, а медицинской (как правило — организационной), в связи с чем при рассмотрении судебных споров она является «краеугольным камнем».

9 стр., 4419 слов

Врачебная тайна, гарантии, защита конфиденциальной информации

... задолго предшествовавших ей клятвах жрецов. Врачебная тайна, врачебной тайной Врачебную тайну составляют: информация о факте обращения за медицинской помощью; информация о состоянии здоровья гражданина; ... информацией в ходе оказания специалистами медицинской помощи не рассматривается как нарушение врачебной тайны. Предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласиягражданина или его ...

Подменять понятие «врачебная ошибка» на «врачебное преступление» недопустимо , так как в конечном итоге это приведет только к деструктивному конфликту интересов между пациентом и врачом (медработниками).

При рассматрении проблемы врачебных ошибок, следует выделить несколько основных положений:

1. в нормативно – правовых актах всех стран не существует единого общепринятого определения «врачебной ошибки»;

2. также это определение отсутствует и в Уголовных кодексах государств . «Врачебная ошибка» независимо от последствий не может быть наказуемой.

3. дифференцировать ошибку от преступления, халатности и невежества – самая ответственная задачаюриста;

4. немаловажно исключить фактор случайности, так как в медицине, хотя и редко, но он имеет место.

Наиболее распространенные определения термина «врачебная ошибка»:

1) «Врачебная ошибка — ошибка врача в профессиональной деятельности,

вследствие добросовестного заблуждения при отсутствии небрежности,

халатности или невежества»37

2) «Врачебная ошибка — ошибка врача при исполнении своих профессиональных

обязанностей, являющиеся следствием добросовестного заблуждения и не

содержащие состава преступления или признаков проступков»38 3) «Врачебная ошибка — неверное определение заболевания врачом ( ошибка при

диагностике) или неправильно проведенная врачом манипуляция (операция,

введение и назначение лекарственных средств ….), обусловленные

добросовестным заблуждением врача»39

4) «Врачебная ошибка — неверное действие врача (медицинского работника),

наступившее из-за несовершенства современной медицинской науки, незнание

или неспособность использовать уже имеющиеся знания в практике 39

Врачебные ошибки имеют объективные и субъективные причины:

1. Необычайная сложность врачебной профессии, не идущая ни в какое сравнение с другими сложными и опасными видами человеческой деятельности.

2. Современная медицина стала узко специализированной. Глубокие знания врача в одной специальности не оставляют ему возможностей для получения знаний в других разделах медицины.

3. Излишнее доверие к современным технологиям, используемым врачами для установления правильного диагноза, привела к пренебрежительному отношению к информации, получаемой врачом от самого пациента при собеседовании о возникновении и течении его заболевания. Это психологически понятно, так как, например, МРТ диагностика позволяет получать 3D изображения любого органа. Врач практически видит пациента «насквозь». Сложилась парадоксальная ситуация: древнейший врачебный метод диагностики — собирание истории болезни, помогает правильно предположить характер заболевания в 70% случаев, в то время как большинство лабораторно-аппаратных методов оказались менее точными. Такие результаты были получены американскими кардиологами при анализе врачебных ошибок.

4. Человеческий фактор. Врач — тоже человек со всеми своими достоинствами и недостатками. Студента-медика можно научить всем полагающимся дисциплинам, но нельзя научить совестливому, добросердечному и сопереживательному отношению к больному человеку. А это — самое главное. Согласно литературным данным приходится 60 % на долю субъективных причин врачебных ошибок от их общего количества и ни один врач не может быть свободен от своих профессиональных ошибок, также как и любой представитель различныхспециальностей. Однако следует помнить, что под понимание « врачебной ошибки» не следует подводить невыполнение или ненадлежащее выполнение врачом или медицинским работником профессиональных обязанностей.

Существуют 3 условия, при наличии которых, причем всех трех одновременно, наступает ответственность медицинских работников за ненадлежащее оказание медицинской помощи:

1) действия медицинского работника в конкретном случае были объективно неверными и противоречили общепризнанным и общепринятым правилами медицинской деятельности,

2).

медицинский сотрудник, имеющий определенное образование и должность должен сознавать, что его действия, возможно бездействие, являются неправильными и могут привести к неблагоприятным последствиям для больного,

3).

неправильные действия медицинского работника способствовали наступлению смерти больного или причинению существенного вреда здоровью.

С точки же зрения закона единственным основанием для уголовной ответственности является состав преступления, предусмотренный Уголовным кодексом и в каждом случае, называемым «врачебной ошибкой», необходимо доказать наличие или отсутствие состава преступления.

В Уголовном кодексе самые распространенные статьи, которые касаются медицинской деятельности, в случае « врачебной ошибки»: это ст.109 причинение смерти по неосторожности; ст.118 — причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью по неосторожности; ст.124 — неоказание помощи больному.

Закономерно, что все чаще в судебной практике возникают дела как уголовные и гражданские, связанные с врачебными ошибками. По разным оценкам, за последние несколько лет число исков по компенсации вреда и здоровью и жизни, причинённым при оказании медицинской помощи в Российской Федерации, возросло в 13 раз. Медицинские сотрудники привлекаются к уголовной ответственности, а медицинские учреждения несут убытки в виде выплат за причиненный вред здоровью и моральный вред .

Анализируя данные отчетов Федерального фонда обязательного медицинского страхования за 2012-2015 года, мы видим, что число исков по «врачебным делам» колеблется, а сумма возмещения по причинению вреда здоровью пациентов увеличивается (см. диаграмму 1).

Диаграмма 1

589

600 543

500

400 350

200

117,9

76,6 94,5

нет

данных

2012 2013 2014 2015

Сумма возмещения (млн.рублей) Количество исков

По данным литературы Всемирная организация здравоохранения допускает и считает нормой 9 % ошибок при оказании медицинской помощи. В Российской Федерации при проведении экспертизы частота выявления дефектов при оказании медицинской помощи значительно превышает допустимое значение и соответствует 35%, в Томской области — 27%.36

Отчет Федерального Фонда обязательного медицинского страхования, 2015 – c. 476

Диаграмма 2

40%

35%

35%

30% 27%

25%

20%

15%

9%

10%

5%

0%

ВОЗ РФ Томская область

Виды врачебных ошибок

Медицинские ошибки подразделяются на деонтологические, диагностические и лечебные.

Под деонтологическими ошибоками понимается нарушение принципов должного поведения врача — несоблюдение врачом «этики врачебной практики».

Основными причинами диагностических ошибок являются: пренебрежение или неумелое использование анамнеза (anamnesis morbi — история развития заболавания); недостаточное обследование больного. Например, не назначение ему дорогостоящих видов обследования, таких как МРТ (магнтно-резонансная томография); неверная оценка клинических данных; ошибочная трактовка параклинического исследования (рентгенологического и лабораторного ); неверная установка диагноза.

Лечебные ошибки связаны с неверными диагнозами и ,как следствие, больному назначается не соответствующее заболеванию лечение.

В отношении врачебных ошибок, влекущих ответственность, наиболее применимыми являются такие ее виды как уголовная, возлагаемая на физических лиц, и гражданско-правовая, то есть имущественная, возлагаемая как на граждан, так и на организации.

Если вред здоровью причинен мелицинским работником медицинской организации, то пациент может подать исковое заявление :

 против конкретного физического лица — медицинского работника, нанесшего по

мнению пациента, вред здоровью,  против медицинской организации или против обоих, привлекая медицинскую

организацию как соответчиком.

На практике, как правило подаются иски против мед.органицаций.

Ответственность медицинской организации связана:

1. с обязанностью оказывать медицинскую помощь; 2. с обязанностью нести солидарную ответственность за действия медицинских

работников.

1.2. Врачебная ошибка по законодательству

зарубежных стран

Понятие врачебной ошибки в США

В США как и в России за последние 10 лет имеет место тенденция роста случаев уголовного преследования медицинских сотрудников, так в 1995 г. к уголовной ответственности было привлечено 10 врачей, а Американская медицинская ассоциация (АМА) вынуждена была публично выразить тревогу, отразив при этом все сложности и специфику медицинской деятельности.

Все следующие публикации усилили общественный резонанс этой проблемы. 29.11.1999 г. институт медицины Национальной академии наук (NAS) опубликовал отчет под заголовком «Человеку свойственно ошибаться» («То ERR is Human»), в котором отметил, что «врачебные ошибки» являются ежегодно причиной смерти в США от 44000 до 98000 пациентов.

Однако издание «USA Today» (от 30.11.1999 г.) оценило эти цифры с другой стороны, поместив на первой полосе заголовок — «Медицинские ошибки — на восьмом месте в списке основных убийц» и через месяц президент Клинтон публично давал оценку и распоряжение специальной группе сотрудников администрации подготовить план мероприятий по устранению причин и обеспечению безопасности пациентов. Окончательная реакция власти страны по проблеме была выражена повторно в 2000г., где уже говорилось о необходимости повышения качества медицинской помощи .

Рост случаев уголовных преследований медицинской деятельности , по мнению медиков и юристов америки, связан с активизацией и правовой грамотностью населения, а также ростом числа недобросовестных врачей, осуществляющих деятельность при отсутствии лицинзии. Безусловно, на этот фактор влияют и применение новых, инвазивных методов исследования, приводящих к росту числа осложнений.

Существенное ограничение полномочий лицензирующих органов также косвенно влияет на рост уголовного преследования,так как последнее остается единственной мерой для прекращения этой деятельности. Возможно, и в Российской Федерации развитие контролирующих функций Министерства здравоохранения может стать причиной роста в отношении медперсонала прокурорских проверок и уголовных дел. Статистика результатов уголовных дел в России и США отражена в диаграмме 3.

Диаграмма 3.

Россия США

10,6

27,5

61,9 Удовлетворено Отказано Прекращено

Удовлетворено Отказано

Стоит отметить, что американских коллег беспокоит и общественный резонанс, связанный с ростом уголовных дел и возможным падением престижа врачебной профессии, общественностью америки постепенного игнорируется понятие того, что работа врача исключительно ответственна, высокорискованна и сложна.

Те же проблемы, что и в наше стране возникают при юридической оценке действий медицинского персонала правоохранительными органами США — это отсутствие критериев оценки медицинской деятельности и уникальная сложность процесса этой оценки. Медицинские критерии понятия небрежности в американской юридической литературе несовершенны, хотяв в медико-юридической литературе акцентируется, что установление признаков небрежности — это всегда вопрос для trier of fact, т.е. для лица, который разрешает вопрос установления факта и этим лицом, как правило, является эксперт. Для установления факта небрежности судом эксперту необходимо обосновать такие признаки небрежности, как «существенный недостаток знаний, внимательности, безразличие к безопасности пациента, обусловленные невежеством в выборе средств диагностики и лечения, недостатком навыков владения оборудованием или даже отказом уделить пациенту надлежащее внимание». В американском правосудии также как и в российском также устанавливается четыре условия для наступления ответственности: 1- неправомерность действий; 2. — факт вреда здоровью; 3- прямая причинная связь между ними и 4 — вина.

Для всех участников процесса является самым сложным это установление признаков неправомерности и причинной связи.

Что же касается определений «неправомерность» и «причина», то в российском уголовном праве прослеживаются аналогии. Так, в одном из солидных юридических словарей (Black’s Law Dictionary, 1990) «причина» определена как факт или обстоятельство, без которого следствие невозможно, а «стандарт помощи» обозначен как та степень заботы , которую разумный человек должен проявить в подобных или тех же самых обстоятельствах.

В связи с установлением признаков неправомерности интересен и обращает на себя внимание высказывание юриста Оливера Холмса, в котором присутствует мнение значительного числа американских юристов: «…врач ответственен за неосторожное поведение не менее, чем иные люди. Поэтому преступная неосторожность должна устанавливаться, как и в гражданском праве, с помощью так называемого внешнего стандарта. А именно — присяжным должно быть продемонстрировано, как бы действовал разумный врач в таких же обстоятельствах».

Если рассматривать определение виновного поведения, то раздел 2.02 Типового уголовного кодекса США (Model Penal Code) определяет четыре формы вины при совершении преступления: «небрежно» (negligently), «неосторожно» (recklessly), «сознательно», «умышленно». В отдельных комментариях этого положения уголовного законодательства отмечается, что первые две формы вины относятся конкретно к правонарушениям медицинского персонала.

При обычном сравнении синонимов из Большого юридического англо-русского словаря 2003г. Определяются различия между понятиями «recklessly» и «negligently» . Разъяснение понятий «negligence per se» (отсутствие обычной меры заботливости), «neglect» (небрежность, небрежное невыполнение), «negligente ignorance» (незнание вследствие небрежности) убеждают воспринимать понятие «negligently» как «небрежно». Однако при сравнении терминов «reckless conduct» (неосторожное поведение), «recklessness» (грубая неосторожность), «reckless» (неосторожный, опрометчивый, безответственный) «reckless homicide – killing» (убийство по неосторожности), позволяет считать, что форма вины, обозначаемая как «recklessly», подразумевает только – «по неосторожности».

В российской юридической литературе, как и в американской, уделяется значительное внимание смыслу форм вины. Однако как в России так и в США суды не очень — то щепетильно относятся к правовому значению и смыслу этих понятий и тонкостям терминологии, следствием чего, как правило, является замешательство в судебных заседаниях ввиду попеременного использования терминов «грубая неосторожность», «преступная небрежность», «неосторожность» в качестве определения одного и того же понятия.

В американских солидных руководствах по медицинскому праву (D.A.Filkiuns, 2004) содержится анализ правового содержания форм вины медицинских работников, где прослеживаются аналогии с определениями в российских нормативно-правовых актах. Так, американский комментарий к Уголовному кодексу и руководство по уголовному праву определяют преступную небрежность «negligence» как ситуацию игнорирования существенного и неправомерного риска, о котором субъект не знал, хотя должен был знать. В этих же руководствах рассматривается понятие «преступная неосторожность» «recklessness» как игнорирование неправомерного и существенного риска, о котором субъект знал, но игнорировал его сознательно . В отечественной медико — юридической литературе эта форма вины носит название «преступное легкомыслие».

Выразить мнение по поводу различий в правовом смысле понятий сочла необходимым Американская медицинская ассоциация (АМА), которая согласилась, что преступная неосторожность (легкомыслие по российскому законодательству ) является условием наступления уголовной ответственности, так же как и умышленное действие, но при этом отрицает возможность наступления уголовной ответственности при небрежном поведении. Различным при расследовании уголовных дел в США и России является необязательность проведения комиссионной судебно-медицинской экспертизы. Многие юристы в США вынуждены лишь высказывать пожелания, об обязательности судебно — медицинской экспертизы при судебном рассмотрении уголовных дел в отношении медиков.

Дополнительным фактором, не обеспечивающим объективность подхода при рассмотрении «врачебных дел» и повышающим шансы потерпевшего, является суд присяжных, который обращает внимание на психологическую, а не на фактическую ситуацию, где такие значимые условия, как причина и неправомерность, уходят на второй план. При формировании своего вердикта присяжные зачастую «ставят перед лошадью телегу» например: преступная небрежность была, поэтому что имеет место прямая связь между неправомерностью и вредом. Присяжные судят лишь о том, что каждый из них в состоянии понять, в связи с чем вердикт не всегда бывает справедливым.

Такая опасность поверхностных оценок судом присяжных состоит и в том, что если действия врача каким – либо образом наводят присяжных на мысль о безответственности , то подсудимый может быть признан виновным, даже в случае если обвинитель не может установить причинную связь или признаки неправомерности.

К сожалению, известны случаи, когда присяжные при установлении признаков виновного поведения в конкретной ситуации учитывали обстоятельства и факты, которые имели место в совершенно иной временной период и другом месте.

Весьма красноречивым примером для предупреждения и взвешенного подхода к рассмотрению врачебных дел явился пример из американской судебной практики. В военном госпитал Доктор Billig провел аорто-коронарное шунтирование, исход которого был неблагоприятен. Обвинитель при рассмотрении дела судом акцентировал психологические обстоятельства: « обвинение было построено на изображении доктора Billig как неповоротливого, одноглазого хирурга, не способного ввиду слабого зрения нормально входить в операционную»40. Присяжные были впечатлены, и вынесли обвинительный вердикт. При апелляции обвинительные критерии были обозначены как «туманные и неуловимые», хирург признан невиновным.

Отчеты и обзоры при анализе отдельных конкретных уголовных дел в отношении медицинских работников США содержат достаточно аналогий типичных и для отечественной юридической и судебно-медицинской практики. Так при анализе дефектов по нозологическим формам в 15% — обвинительные приговоры при перфорации матки, в 18% — дефектном ведении наркоза, при липосакции -12,1%, ненадлежащем ведении родов 12%.

Необходимо отметить, что в 18% обвинение связано с ненадлежащей организацией лечебно-диагностического процесса. В российской судебной практике такие дефекты и привлечение к ответственности администрации медицинских организаций бывают крайне редко.

Анализ отчетной информации по уголовным делам в США показывает, что за последние двадцать лет виновными в суде первой инстанции в соответствии с ненадлежащим оказанием медицинской помощи признаны 80% подсудимых, признаны невиновными апелляционной инстанцией 25%, 25% — не воспользовались апелляцией, оправдано 20% подсудимых. Такой анализ проводит аналогию с случаями ненадлежащего оказания медицинской помощи в России и США: по типичным дефектам оказания медицинской помощи, нозологическим формам, мотивам дефектов, причинам, форме вины.

При квалификации преступлений в судопроизводстве США важным отличием является и то, что современное американское право относит к причинам возникновения смерти любые незаконные действия, которые обусловили наступление смерти в течение 3 последующих лет . В связи с чем обозначен перечень случаев, при которых врач обязан предоставить информацию при наличии всех подозрительных и очевидных признаках насильственной смерти медицинскому ревизору (коронеру):

1. случаи насильственной смерти; 2. смерть при комах неясной этиологии;

3. смерть при аборте (криминальном);

4. все случаи внезапной смерти при медицинских вмешательствах;

5. случаи смерти заключенных;

6. случаи смерти лиц, подлежащих, захоронению в море, кремации, транспортировке в иные государства.

К сожалению отсутствует возможность сравнения информаци и по результатам судебных разбирательств в нашей стране по « врачебным делам»: информации о количестве, существе обвинительных и оправдательных приговоров, о решениях апелляционных инстанций, которые у нас не публикуются и не анализируются. Можно сделать вывод, что мы игнорируем довольно значимый принцип профилактики профессиональных преступлений в медицине: «знающий уже защищен».

В связи с чем зарубежные руководства по медико-правовым вопросам отличаются от отечественных в лучшую сторону, так как в них уделяется значимое место профилактике правонарушений среди медицинских работников. Акцентируется внимание врачей о том, что врач должен быть информирован о методах и обстоятельствах оказания помощи, которые могут быть более рискованными и привести к возникновению неблагоприятных исходов, особенно по случаям судебных процессов.

Значимым профилактическим мероприятием является строгое исполнение врачом лицензионных ограничений его деятельности. При анализе материалов судебных заседаний выявлено, что частым из видов преступного поведения является проведение медицинских вмешательств по специальностям, которые отсутствуют в лицензии, а также отсутствует навык у подсудимого. Проведение аборта в амбулаторных условиях «домашние роды» представлено разновидностью дел, в основе которых лежит также превышение пределов компетенции медицинской организации, при этом теоретический риск прогнозируется, но не ощущается пока не возникли осложнения. Сюда же можно отнести и косметические операции у больных , получающих медицинскую услугу в амбулаторных условиях, причем смертельный исход не столь редок и описан при липосакции (доктор P.Chavis и доктор N.Matory, штат Калифорния), при косметической операции, проводимой в амбулаторных условиях, доктором A.Pignataro: 26-летняя пациентка С.Смит скончалась на операционном столе. Суд приговорил врача к штрафу в размере 5 тыс. долларов и 6 месяцам лишения свободы.

Юристы, которые специализирутся в этой области, полагают, что гарантией справедливого приговора, прежде всего, являются определенные условия ответственности, такие как причинная связь и неправомерность действий (нарушение стандарта медицинской помощи).

При этом, максимум внимания и абсолютную компетентность должны проявить все участники уголовного процесса – эксперты, защитники, обвинители, судьи как в отношении проблем и причинной обусловленности медико-биологических процессов, так и в знании стандартов оказания медицинской помощи. А в обязанности обвинителя должно войти обязательное проведение медицинской экспертизы до формулировки обвинительного заключения и тольков случае указания специалистов на прямую связь вреда с действиями подсудимого, оказавшего медицинскую услугу с нарушением стандартов медицинской помощи, обвинение в медицинской небрежности может быть обоснованным.

Врачебная ошибка по законодательству Франции

Защита прав пациентов от врачебной ошибки и других дефектов медицинской помощи во Франции урегулированы Французским Кодексом здравоохранения (в ред. Ст. 112 Закона Франции от 12.05.2009 № 2009-526).37 Этот нормативноправовой акт содержит ряд статьей, которые устанавливают базовые основы и гарантии защиты прав пациентов , обязанности медицинских работников,а также определяет нормы, которые регулируют вопросы, связанные с врачебной ошибкой.

Code de la santé publique // http://www.legifrance.gouv.fr Статьи R4127-1 – R4127-112 Французского Кодекса здравоохранения в совокупности образуют Французский Кодекс медицинской этики (Code de déontologie médicale) в составе Французского Кодекса здравоохранения.41

Ответственность медицинского персонала при оказании медицинских услуг урегулирована статьями L1142-1 и L1142-1-1 Кодекса.

Ч. I ст. L1142-1 устанавливает, что, при исключении случаев, когда ответственность наступает из-за дефекта медицинской помощи, медицинский персонал, перечисленный в ч. IV этого Кодекса, как и любое учреждение, служба или орган, предоставляющие индивидуальные акты профилактики, диагностики или лечения, не несет ответственность за нежелательные последствия действий в области профилактики, диагностики или лечения, кроме случаев установления их непосредственной вины. Медицинские организации, органы и службы, несут ответственность за нежелательные последствия своих действий, в результате приобретения больными внутрибольничных инфекций, исключение составляют инфекции, спровоцированные внешними причинами.

В случае, когда ответственность медицинского персонала, медицинской организации, органа или службы, указанная в ч. I ст. L1142-1, а также производителя медицинской продукции не установлена, то наступление медицинского прецедента, возникновения у пациента ятрогенного заболевания или внутрибольничной инфекции дает ему право на возмещение вреда, а в случае смерти – право на возмещение его выгодоприобретателю средств, из фонда национальной солидарности, если эти последствия непосредственно были связаны с проведением профилактики, лечения или диагностики , а также являлись серьёзными и нежелательными ( вредными) для состояния здоровья пациента .

Из этого следует вывод, что, суды Франции на сегодняшний день не обременены необходимостью установления наличия или отсутствия вины медицинского персонала в случаях наступления медицинского прецедента или возникновением у пациента ятрогенного заболевания, а также внутрибольничной инфекции и, в соответствии со ст. L1142-1-1 пациенты имеют право на возмещение из фонда национальной солидарности:

  • в том случае, если вред, причиненный пациенту при возникновении внутрибольничной инфекции в медицинской организации (ч.I ст. L1142-1), соответствует степени значительного ухудшения физического или психического здоровья более чем на 25 %, 50% … или в случае его смерти , вызванной этой внутрибольничной инфекцией;

— в том случае, если причинение вреда здоровью наступило в результате действий медицинского персонала медицинской организации, которые вышли за нормативные рамки своей деятельности в части диагностических и лечебных мероприятий, а также проведения профилактики.

Ст. L1142-2 Французского Кодекса здравоохранения предусматривает установление обязанности медицинского персонала в частных медицинских организациях, в медицинских государственных учреждениях, других медицинских службах, указанных в ст. L1142-1, осуществляющих деятельность по вопросам диагностики , лечения и профилактики, а также поставщиков и производителей лекарственных препаратов и изделий медицинского назначения заключения договоров страхования в случае причинения вреда третьим лицам при возникновении дефекта медицинской помощи, наступившего, в результате их деятельности. Освободить от данного обязательного страхования может только приказ министра здравоохранения в отдельных государственных учреждениях здравоохранения в случае выделения дополнительных финансовых ресурсов, в которых уже заложены финансовые средства в случае возмещения вреда в условиях, равнозначных условиям договора страхования.

Понятие врачебной ошибки в законодательстве Бразилии

Термин « врачебная ошибка» известен законодательству Бразилии уже более восьмидесяти лет. Декретом от 11.01.1932 г. № 20931/32 38

устанавлено: «Медицинские работники: фармацевты, ветеринары, медицинские сестры, врачи, стоматологи, акушерки и др., совершившие профессиональные правонарушения или ошибки, могут быть лишены возможности занятия своей профессиональной деятеотльностью на срок от 6 месяцев до 2 лет, а в случае значительного общественного резонанса могут быть уволены с занимаемых должностей» (ст. 11).

Данный Декрет действующий и имеет силу и на сегодняшний день.

Право на возмещение вреда было закреплено в Гражданском кодексе Бразилии в 1916 г. и также как и декрет работает по настоящее время, статьей 927 Гражданского кодекса Бразилии устанавливается обязанность лиц, причинивших своей деятельностью вред другим лицам, и деятельность которых связана с возможным поставлением в опасность для жизни и здоровья ( независимо от установления вины в предусмотренных законом случаях), возместить причиненный вред39. Такое же отношение по вопросам ответственности в случае «врачебной ошибки» имеет параграф 6 п. XXII ст. 37 Конституции Бразилии от 05ноября 1988г., который регламентирует: «Юридические лица частного права, юридические лица публичного права, которые предоставляют публичное обслуживание, несут ответственность за вред, причиненный их служащими третьим лицам; также гарантируется право регресса в случаях умысла или ошибки в отношении ответственных лиц»40.

При возникновении последствий дефектов медицинской помощи в Бразилии применяется ст. 129 УК Бразилии41, которая устанавливает ответственность за «посягательство на физическую неприкосновенность или здоровье других людей». Согласно ст. 18 УК Бразилии, «преступление считается: — умышленным, если Decreto № 20.931/32 de 11 de janeiro de 1932 // Diário Oficial –Sexta-feira, 15 de janeiro de 1932. – № 12 (Capital Federal).

– P. 885–887.

Lei № 10.406, de 10 de janeiro de 2002 – Código Civil Brasileiro //

Constituição da República Federativa do Brasil de 1988 // http://www.planalto.gov.br/ccivil_03/Constituicao/Constituicao.htm

Código Penal //

Статьей № 135 УК Бразилии устанавливается уголовная ответственность за «неоказание помощи, когда можно сделать это без риска для здоровья инвалиду, лицу, находящемуся в беспомощном состоянии, брошенному или утерянному ребенку, лицу, получившему ранения, или лицу, находящемуся в условиях серьёзной и неизбежной угрозы…». Ответственность по этой статье – лишение свободы сроком от 1 до 6 месяцев или штраф. Штраф увеличивается в два раза, если бездействие привело к тяжким телесным повреждениям, и увеличивается втрое, если наступила смерть. Иногда применяется ст. 133 УК Бразилии об оставлении человека в опасности. Нельзя обойти вниманием статью 135А УК Бразилии об уголовной ответственности за нарушение требований ведения медицинской документации всеми экстренными службами медицинской помощи.42 Стоит отдельно подчеркнуть, что, согласно ст. 125 Закона № 8.112 от 11.12.1990г. «гражданско-правовые, уголовно-правовые и административно-правовые санкции могут складываться, будучи независимыми друг от друга». 43

Регулирование отношений, возникающих при врачебной ошибке, нормируются Бразильским Кодексом медицинской этики, утвержденном Резолюцией Федерального медицинского совета от 17.09.2009 г. № 1931 48

, который вступил в силу 13.04.2010 г. и регулирует взаимоотношения между пациентами и медицинским персоналом, устанавливает права пациентов, и другие вопросы в случае оказания медицинской помощи или услуги.

Постановлением от 13 августа 2009 г. № 1.820 49

дополнительно урегулированы вопросы, касающиеся прав пациентов, а также ответственности и обязанностей медицинского персонала. Необходимо заметить, что на статистику и частоту

внесена Законом № 12.653 от 28.05.2012 Lei № 12.653, de 28 de maio de 2012 //

Lei № 8.112, de 11 de dezembro de 1990 // Diário Oficial da União. – 19.04.1991. http://www.planalto.gov.br/ccivil_03/leis/L8112cons.htm вонзникнования врачебных ошибок , а также их последствий значительное влияние оказывают определенные условия: исторические, политические, социальноэкономические и др..

Рикардо Брандэн цитирует: «Реальность — это то, что миллионы бразильцев живут в размытой границе между нищетой и бедностью , а большая часть населения, работая на благо национального богатства совсем не имеет доступа к плодам этого богатства и являясь изгоем лишена прав на отдых, достоинство, благополучие, безопасность,образование, и, в

особенности, на здоровье…. Стоит ли удивляться врачебным ошибкам в отношении пациентов из этой социальной группы…»44

Следующие характерные особенности, которые способствуют появлению, увеличению частоты врачебных ошибок, а также их последствий именно в Бразилии выделяет Мейреллеш Гомеш:

  • сложившиеся в стране неблагоприятные условия для медицинской деятельности – отсутствие достаточного количества материальных ресурсов, несоразмерно большое число пациентов и недостаток в оснащенности диагностическим оборудованием и лекарственными средствами;
  • социальные проблемы, нищета основной части населения, расположение медицинских служб в очень бедных общинах и небольших медицинских центрах;
  • высокая смертность по всем классам заболеваний, соответственно и заболеваемость ;
  • система подготовки медицинского персонала не может обеспечить население бразилии достаточным числом кадров;
  • Brandão R.

O Erro Médico na Função Pública [Медицинская ошибка при исполнении общественной функции] // Revista Bioética. – 1994. – Vol. 2. – № 2.

  • в случае использования дорогостоящих технологий при лечении отсутствует жесткий контроль;
  • нарастающая коммерциализация в здравоохранении, все большее нарастание меркантилизма общества…45

Понятие врачебной ошибки в законодательстве Японии

Япония – страна, где не только случаи совершения медицинским персоналом профессиональных правонарушений, но и случаи «врачебных ошибок приводят» к значительному общественномурезонансу и большому количеству судебных разбирательств. Япония – это страна, где сформировался

особый, в сравнении другими государствами Европы и Америкой подход к ответственности медицинских сотрудников за врачебные ошибки. Медицинская ошибка в Японии, учитывая значительно низкий взнос на страхование профессиональной ответственности (отсутствует дифференциация взноса по специализации врача, расположения клиники, оказывающей медицинскую услугу) обходится системе здравоохранения Японии значительно дороже. 46

Медицинская ошибка в Японии, последствиями которой наступил врад здоровью пациента, квалифицируется как преступление, а врач, ее совершивший, подлежит привлечению к уголовной ответственности. Профессиональная небрежность, приведшая к смерти или причиннению вреда здоровью, подлежит ответственности согласно статье 211 Уголовного кодекса Японии, при этом нигде не уточняется указанная формулировка. Отсюда следует, что «небрежность» может представлять собой самую минимальную ее степень проявления и разительным образом Meirelles Gomes J.C. Erro Médico: Reflexões [Медицинская ошибка: Размышления] // Revista Bioética. – 1994. – Vol. 2. – № 2.

Boulden J. Transpacific Study Reveals Different Liability Fears [Исследование страхов перед ответственностью. Тихоокеанский регион] // Mississippi Medical News. – 2008, February. – P. 5.

Чаще всего судом наказание врачу за совершение им врачебной ошибки не предусматривает лишения свободы или арест врача, но несмотря на это привление в данной ситуации значительного внимания средств СМИ приводит к личному позору врача и окончанию его профессиональной деятельности. Для медиков Японии это является очень серьёзным наказанием, учитывая менталитет населения. Дела по поводу гражданско-правовой ответственности за совершение медицинским персоналом врачебных ошибок также разбираются судами Японии, но крайне редко в отличии рабора дел об уголовной ответственности, и в несколько десятков раз реже, чем подобные дела в США.

В сравнении с странами Европы, США случаи привлечения к уголовной ответственности медицинских работников были крайне редки. Так после второй мировой войны и до конца XX века они были вобще исключительным случаем, в 1999 г. после опубликования СМИ Японии ряда статей о врачебных ошибках, произошедших в различных медицинских учереждениях

страны и 2 особенно исключительных фактов число случаев уголовного преследования за врачебные ошибки возросло и составило около 15 случаев ежегодно с 1999г. по 2004 г. Привлечение к уголовной ответственности медицинских сотрудников, совершивших врачебные ошибки, является своеобразным стимулом для других медицинских сотрудников к совершенствованию своих практических навыков, знаний, а также более серьезному отношению к своей профессиональной деятельности. Подводя итог, можно сделать вывод, что уголовное наказание за совершение врачебных ошибок в

Penal Code of the Japan (Act № 45 of 1907) //

Выводы по результатам анализа зарубежной судебной практики разрешения дел о дефектах медицинской помощи

Выводы, по результатам анализа зарубежной судебной практики, отражают подходы к интерпретации и пониманию ответственности и обязанностей врача и медицинской организации, детализируют квалифицирующие признаки врачебных ошибок, дефектов медицинской помощи, правовые принципы, лежащие в основе решений о правовых последствиях дефектов медицинской помощи.

1).

Специфика медицинской деятельности как и обязанности врача состоят в том, что врач обязан стремиться получить необходимый результат, используя все имеющиеся у него (возможно ограниченные) возможности, включая навыки, способности, знания, умения, обеспечение).

Не является частью обязательств врача достижение полностью положительного результата во всех конкретных случаях, так как достижение этого результата во всех случаях невозможно. Невозможность достижения полного успеха объясняется определенными пределом знаний и физического состояния врача, также уровнем развития науки о человеке, современным развитием медицины и другими факторами прямо или косвенно влияющими на процесс оказания медицинской помощи.

Договор, заключенный между пациентом и врачом ( медицинской организацией) обязывает врача предоставить определенную медицинскую услугу, что ни в коей мере не означает обеспечить полное исцеление пациента. Достижение выздоровления не может являться обязанностью врача, врач лишь внимательно, добросовестно и уважительно предоставляет медицинскую услугу либо помощь пациенту в том объеме, который соответствует конкретному заболеванию и установлен нормативно-правовыми актами в соответствии с общепризнанной врачебной практикой. При этом, как результат оказания врачом медицинской помощи, пациенту должно принести облегчение страданий от боли или других проявлений заболевания. Врач должен лечить пациентов, предлагая разумные меры и принимая во внимание все обстоятельства.

2).

Круг обязанностей врача при оказании медицинской помощи определен объективными критериями. Правила оказания медицинской помощи основываются общепризнанных большинством практических врачей положениях медицинской науки. Совершенно невозможно установить унифицированные , обязательные с высокой степенью детализации правила оказания медицинской помощи, так как при осуществлении медицинской деятельности врач руководствуется прежде всего особенностями конкретного случая , не только общими правилами. К таким особенностям можно отнести: конкретные условия, характер медицинского вмешательства, особенности лечения, риски, временные рамки, ресурсы, качество подготовки, уровень имеющихся знаний, возможности врача и другие.

3. Вытекающие из обязательства по оказанию медицинской услуги требования к действиям врача, также зависят от конкретных особенностей каждого конкретного случая. Врач при оказании медицинской помощи сталкивается с рисками, связанными с любым медицинским вмешательством и лечебным воздействием на пациента, усугубленными болезненным состоянием пациента. Врач, установливая диагноз и определяя тактику терапевтических и других медицинских вмешательств в соответствии с уровнем знаний часто принимает собственное решение, делая осознанный выбор между резервнчми возможностями конкретного пациента и учетом наступления рисков и негативных последствий. Если доктор по своему усмотрению выбрал наиболее эффективный вариант медицинского вмешательства и способ его реализации, используя при этом достижения медицинской науки и техники и руководствуясь своими знаниями , то он не может нести ответственность в случае, если не нашел самого лучшего решения, но при обязательном условии, что его действия соответствуют общепринятой практике, разумны, добросовестны, объективны и логичны.

4).

Риск негативных и вредных последствий для здоровья пациента всегда сопряжен с осуществлением любого медицинского вмешательства. В обязанности врача входит сделать всё возможное для предотвращения наступления негативных и вредных последствий , также максимально снизить такие риски. Если неблагоприятные последствия медицинской помощи все — таки наступают, то врач в обоснование невиновности и отсутствия ответственности медицинской организации за причиненный вред предоставляет доказательства, что все необходимые меры были приняты и реализованы на должном уровне и в необходимом полном объеме в соответствии с нормативно – правовыми актами. Истец в данном случае обременен доказательством наличия причинноследственной связи между медицинским вмешательством и наступлением вреда его здоровью.

5).

При оказании медицинской помощи врач в каждом случае обязан предоставить пациенту в доступном для его понимания виде информацию о состоянии его здоровья (симптомы заболевания), необходимой медицинской помощи, медицинского обследования и лечения, прогнозах, рисках, возможности проведения операции, шансах на выздоровление. Это право пациента на получение такого рода информации закреплено Конституцией и является следствием конституционного права на личную , в том числе физическую неприкосновенность человека.

В случае непредоставления врачом такого рода информации может квалифицироваться как медицинская халатность с его стороны. В ситуации когда непредоставления врачом информация о рисках хирургических вмешательств и если пациентом в последующем будет предъявлен иск, у суда появится необходимость выяснения, согласился ли бы пациент на проведение такой операции, имея указанную информацию? Причем в данном случае возникает потребность руководствоваться абстрактной моделью «разумного пациента», а также учитывать личные обстоятельства этого пациента. Неисполнение этой обязанности врачом допускается лишь в исключительных, установленных Законом случаях. Непредоставление информации о возможных рисках, которые могут возникнуть с вероятностью менее 1 % — не признается правонарушением и виновным в бездействии врача.

6).

В случае совершения медицинским работником каких-либо действий в отношении пациента без его согласия и ведома рассматривается судом как нарушение закона и влечёт ответственность за вред, причиненный его действиями. Подаваемые пациентами иски против медицинских работников по причине причинения вреда, имеют 2 правовых основания: нарушение обязательств, обозначенных в контракте в виде непроведения или ненадлежащего проведения необходимого лечения, а возможно и как оскорбление действием в виде проведения медицинских процедур без согласия на то пациента. Проведение медицинским работником в отношении пациента определенных вмешательств или лечения без его согласия (за исключением случаев неотложных действий, направленных на спасение жизни больного или предупреждения тяжелых последствий для его здоровья) представляет собой не просто медицинскую небрежность, а ничто иное как злоупотребление правом, причинение вреда, так как разумный взрослый человек имеет право самостоятельно решать, что делать с его собственным телом .

7).

Если при оказании медицинской помощи причинен вред здоровью пациента и это усугубляется виной врача, то пациент имеет полное право на возмещение. Размер компенсации в результате дефекта медицинской помощи, определяется в каждом отдельном случае индивидуально , соблюдая правила « разумности». Также необходимо учитывать, что последствия причиненного вреда и наступившие во время (либо после) проведения какого-либо медицинского вмешательства, в отдельных случаях могут быть прямыми следствиями вреда, причиненного другими и ранее совершенными медицинскими вмешательствами.

8).

Нарушение врачом своего долга при оказания медицинской услуги, часто называются «профессиональными проступками», а с юридической точки зрения это неисполнение или ненадлежащее исполнение им своего обязательства и являются так называемыми деликтами (правонарушениями).

При решении вопросов о возмещении медицинским работником вреда, причиненного медицинским вмешательством, необходимо наличие прямой причинноследственной связи между проявлением халатности со стороны медицинского работника и наступлением тяжких негативных последствий для больного. Причем, установление факта проявления медицинским работником явного безразличия и равнодушия к возникновению очевидной и серьёзной опасности для жизни больного может явиться основанием для признания факта халатности врача, даже если его действия и не выступили в качестве основной причины наступления вреда здоровью пациента.

9).

Нет оснований признавать небрежными или халатными действия врача, который оказывал медицинскую помощь строго в соответствии с нормативно установленными и общепринятыми в медицине стандартами оказания медицинской помощи и процедурами , устоявшимся в современной медицинской практике (и если даже одно из таких представлений в медицинской практике активно поддерживается лишь небольшой частью медицинского сообщества, но при этом признается медицинским сообществом в целом).

В случае когда действия медицинского работника в обоснованно оценены судом по их содержанию и объему как разумные для конкретной ситуации и соответствуют общепринятой медицинской практике и на основании имеющихся научных доказательств, то оснований для обвинения этого медицинского работника в халатности отсутствуют.

Если при установлении отсутствия или наличия в действиях врача признаков халатности , то необходимо учитывать его профессиональные знания и навыки , а также за эталон брать стандартное (правильное , признаваемое экспертами) поведение человека, который обладает аналогичным профессиональным статусом, знаниями и навыками . Врач не может быть обязан обладать высочайшим уровнем знаний и мастерства в своей профессии, чтобы его действия не были признаны халатными, вполне достаточно того, чтобы его знания и навыки находились на уровне, определенном стандартами профессиональной медицинской квалификации.

Правовые позиции Европейского суда по правам человека в вопросах

последствий дефектов оказания медицинской помощи

В рамках исследований правовых оснований, последствий , видов врачебной ошибки и в целом дефекта медицинской помощи достаточно существенный интерес представляют анализ решений по правам человека. При интерпретации правовых позиций , выраженных в решениях Европейского суда можно дополнительно детализировать понимание дефекта медицинской помощи , его составляющей — врачебной ошибки,а также выявить основания разграничения понятий врачебной ошибки от врачебной халатности.

Международные договоры Российской Федерации в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Статьей 46 Европейской Конвенции по защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 определена обязанность Российской Федерации в исполнении решений Европейского суда по правам человека.

Согласно пункта 10 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 10 октября 2003г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепринятых принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», а также согласно п. “b” ч. 3 ст. 31 Венской конвенции при чтении международного договора вместе с его контекстом необходимо учитывать практику применения договоров. Российская Федерация как участник Конвенции по защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам его толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»).

В связи с чем применение судами Венской конвенции обязано проводиться с учетом практик Европейского суда по правам человека с целью избежания любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод»48 Постановление Пленума Верховного суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепринятых принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» Европейским судом по правам человека весьма редко рассматривались вопросы, касающиеся защиты прав пациентов, еще реже рассматривались вопросы о врачебной ошибке и дефекте медицинской помощи в рамках защиты прав пациентов.

Примером можно представить дело «R.P.D. против Польши». Перенесенная заявителем операция на сердце в детской клинике Варшавского Центра детского здоровья в апреле — мае 1988 г. явилась причиной инфицирования вирусом гепатита и в мае–июне 1995 года , когда было диагностировано заболевание, и которое по заявлению пациента, явилось результатом получения им внутрибольничной инфекции вследствие медицинской халатности.49

Интерес представляет Постановление Большой палаты Европейского cуда по правам человека от 06.10.2005 , 21.06.2006 по делу «Морис против Франции».50

Суть представленного состояла в том, что заявителем выступил родитель ребенка, родившегося с существенными физическими недостатками в результате медицинской халатности. В суд был представлен иск на соответствующую медицинскую организацию, но на стадии рассмотрения к этому

делу были отнесены положения Закона Франции от 04.03.2002 № 2002-303 о правах пациентов и о качестве системы здравоохранения ( Loi du 4 mars 2002 № 2002-303 relative aux droits des malades et à la qualité du système de santé), которые вступили в силу во время ожидания дат, назначенных для рассмотрения указанного иска, всдедствие чего исключалась возможность получения истцами компенсаций, которые могли быть им выплачены согласно правовому режиму до § 8 Постановления ЕСПЧ по делу «R.P.D. против Польши» от 19.10.2004 (окончательное – 19.01.2005) [Case «R.P.D. v. Poland» (Application № 77681/01), 19.10.2004 (Final – 19.01.2005) / Judgment of the European Court of Human Rights] //

Постановления Большой палаты ЕСПЧ от 06.10.2005 и от 21.06.2006 по делу «Драон против Франции» [Case «Draon с. France» (Application № 1513/03), 06.10.2005 / Judgment of the European Court of Human Rights (Grand Chamber) //

Постановлениями по вышеизложенным делам Европейский суд по правам человека закрепил важную правовую позицию, которая позволяет детализировать понятие медицинской халатности в действиях медицинского персонала: ошибка в диагнозе, вследствие того, что у пациента были перепутаны анализы, не может являться врачебной ошибкой, а определена как халатность, нарушившая права пациентов.

Отдельные правовые позиции Европейского суда , позволили расширить и регламентировать научно-правовые представления о природе и сущности врачебной ошибки, квалифицировать ее признаки, уточнить правовые последствия дефектов медицинской помощи, определить деонтологические позиции в медицинской деятельности:

  • обозначение фактов врачебных ошибок, возникщих при оказании медицинской помощи, в том числе смертельных, имеет огромное значение как для медицинских организаций так и для медицинских работников с целью устранения потенциальных недостатков и предотвращения их последствий;
  • рассмотрение таких случаев важно и для пациентов , являющихся потребителями медицинской помощи . 59
  • тщательное и своевременное рассмотрение всех случаев медицинской халатности, особенно приведших к смерти пациента, весьма важно для безопасности пациентов, являющихся потребителями медицинских услуг, также важно и для предотвращения в таких случаях кагого — либо сговора и терпимости к таким действиям;
  • в случае установления причины смерти пациента необходимо обеспечить независимость экспертов от лиц, причастных к событию60;
  • – государство обязано привлекать государственные и частные медицинские учереждения к принятию соответствующих мер по защите здоровья и жизни их пациентов, создать независимую и эффективную судебную систему, которая способна устанавливать ответственность медицинского персонала, дифференцировать причины смерти пациентов, привлекать виновных к ответственности61– если государство не обеспечит гражданам доступности и качества медицинской помощи, то государство, тем самым, способствует угрозам для жизни своих граждан (§ 219 Постановления Большой Палаты ЕСПЧ по делу «Кипр против Турции» от 10 мая 2001г.);
  • в случае согласия родственников умершего в результате медицинской халатности на получение компенсации по гражданскому иску,то прво на получение статуса жертвы они не могут претендовать ;62
  • при недовольстве пациентов, которые возникают по поводу качества медицинской помощи, предоставляемой конкретным врачом, не может качество оказания медицинской помощи оцениваться как частные отношения конкретного врача и конкретного пациента, так как данные взаимоотношения представляют представляют интересы общества в целом;63
  • частный интерес определенного врача при особом внимании к нему средств массовой информации, критических публикацях о некачественной и небрежно оказанной медицинской помощи в рамках защиты его деловой репутации не может перевесить важных интересов общества , а в части свободы прессы распространять информацию по вопросам, законно представляющим общественный интерес ;64
  • если в результате медицинской халатности или врачебной ошибки ( зависит от национального законодательства и может признаваться убийством еще не рождённого ребенка) наступило искусственное прерывание беременности против воли матери, то это преступление рассматривается как грубейшее посягательство на права матери, поскольку в этой ситуации действия медицинского персонала причиняют страдания, а интересы матери и ребенка всегда совпадают;65 – в рамках реализации права пациента на уважение его частной и семейной жизни, гарантируемое ст.

8 конвенции — защита персональных медицинских данных пациента имеет важнейшее значение. Соблюдение конфиденциальных сведений о здоровье пациента является особенно важным принципом всех правовых систем договаривающихся государств – участников Конвенции. При предоставлении медицинских услуг важнейщим правилом является невмешательство в частную жизнь пациента, а также не разглашать его конфиденциальные данные при осуществлении медицинским персоналом своих профессиональных обязанностей .

Законодательство стран обязано предоставлять соответствующие гарантии

гражданам, предотвращающие разглашение персональных медицинских данных с целью исполнения положений статьи 8 Конвенции51;

— – если при оказании медицинской помощи имеет место факт медицинской халатности государство обязано обеспечивать предоставление пациенту средства правовой защиты как в рамках гражданского судопроизводства, самостоятельно, так и в сочетании с правовой защитой в рамках уголовно-правового судопроизводства, данная мера обеспечит и установление ответственности медицинского персонала и должную гражданско-правовую защиту. К примеру, при возмещение вреда возможно установление дисциплинарных мер52

  • структуры здравоохранения вправе самостоятельно определять положения медицинской науки, о определенные терапевтические методики, использующиеся, в случае необходимости, при применении принуждения, с целью сохранения физического и психического здоровье пациентов, лишенных возможности самостоятельно принимать решения ;
  • такие медицинские принципы становятся критериями необходимости и допустимости применения лечебных и § 41 Постановления ЕСПЧ по делу «М.С. против Швеции» от 27.08.1997 ( Case «M.S. v. Sweden» (№ 74/1996/693/885), 27.08.1997 / Judgment of the European Court of Human Rights] //
  • все расследования случаев медицинской халатности несмотря на сложность должны рассматриваться в «разумный срок» 69;
  • самое минимальное медицинское вмешательство, проведенное против воли взрослого человека, который в состоянии оценивать ситуацию, при нарушении его физической неприкосновенности необходимо рассматривать как вмешательство в е частную жизни, при этом в случае отказа пациента от вмешательства ограничиваются пределы защиты пациента от действий, влекущих неблагоприятные последствия для их здоровья и жизни ;53
  • случаи принудительного гинекологического обследования женщин без её осознанного и свободного согласия незаконны и являются значимым нарушением её личной неприкосновенности.71

Рассмотренное незначительное число правовых позиций Европейского суда по правам человека в рамках рассмотрения прав пациентов при получении медицинской помощи, возникающих при этом врачебных ошибках и проблемах, связанных с дефектом медицинской помощи не позволяет сделать отдельный, последовательный комплекс выводов, но позволяет существенно детализировать концепции относительно предметно-объектной области исследования. § 143 Постановления ЕСПЧ по делу «Шторк против Германии» от 16.06.2005 ( Case «Storck v. Germany» (Application № 61603/00), 16.06.2005 (Final – 16.09.2005) / Judgment of the European Court of Human Rights] //

Глава 2

Сравнительный анализ ответственности в рамках российского и зарубежного законодательства по отдельным профессиональным правонарушениям

медицинскими работниками

В соответствии с Уголовным кодексом РФ лицо подлежит уголовной ответственности только за те опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. Уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается.

Виновным в преступлении признается лицо, совершившее деяние умышленно или по неосторожности. Врачебной практике России почти неизвестны случаи умышленного причинения вреда.

Деяние, совершенное только по неосторожности, признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей УК РФ, то есть если такие действия сформулированы как состав преступления в УК РФ. Статья 26 УК содержат указание на состав преступления, совершенного по неосторожности. Это деяние, совершенное по легкомыслию или небрежности.

Преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий.

Преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия.

В медицинской практике небрежность определяется как существенное расхождение по сравнению с общепринятыми нормами действий медицинских работников со схожим образованием и опытом, приведшее к ущербу для здоровья данного пациента. При установлении того, имела ли место небрежность, суды придерживаются тех же определений, которые они используют при рассмотрении любых других гражданских исков или уголовных дел. Главный вопрос, на который нужно ответить судье — имело ли место ненадлежащее исполнение стороной своих обязательств? Иными словами, было ли лечение, примененное врачом, ниже того стандарта лечения, который установлен законом, и, следовательно, можно ли говорить о наличии гражданско-правового нарушения или уголовно наказуемого деяния.

Главная и самая трудная задача, которую должен решить пострадавший пациент в судебном разбирательстве, — это бремя доказывания того, что небрежность врача стала причиной нанесенного ущерба. Истец должен доказать не то, что врач не смог его вылечить от недуга, а то, что при лечении он существенным образом отклонился от общепринятых норм, что негативным образом повлияло на состояние здоровья истца. Как правило, задача эта весьма трудновыполнимая.

Причинение тяжкого или средней тяжести вреда по неосторожности имеет место тогда, когда:

  •  действия или бездействие врача, повлекшие вред, совершаются или допускаются виновным умышленно и при этом он предвидит причинение вреда потерпевшему, но легкомысленно надеется его предотвратить либо не предвидит, хотя должен был и мог предвидеть;
  •  действия или бездействие и причиненный вред совершены или допущены и по неосторожности.

Группа преступлений ненадлежащего исполнения медицинским работником служебных обязанностей имеющих форму вины по неосторожности — это причинение смерти или тяжкого вреда здоровью. Уголовная ответственность наступает в соответствии с ч. 2 ст. 109, ч. 2 ст. 118, ч. 2 ст. 235. В данном случае виновные действия врача рассматриваются не как медицинская ошибка, а как профессиональное преступление или дефект оказания медицинской помощи (ненадлежащее оказание медицинской помощи).

Стоит особо обратить внимание на то, что причинение вреда здоровью легкой или средней тяжести, вследствие ненадлежащего исполнения медицинским сотрудником своих служебных обязанностей по неосторожности, уголовной ответственности не влекут.

Таким образом, под профессиональным преступлением в медицинской деятельности понимается умышленное или по неосторожности совершенное лицом медицинского персонала в нарушение своих профессиональных обязанностей такое общественно опасное деяние, которое причинило (или реально могло причинить) существенный вред здоровью отдельных граждан или вызвало опасность для их жизни.

Субъектом профессиональных преступлений может быть только медицинский персонал — провизор, медицинская сестра, врач, акушерка, фельдшер, фармацевт и другие медицинские работники, не работающие в лечебно сети, профилактических и других медицинских учреждениях (например, врач, работающий в медицинском издательстве или журнале, , временно не работающие, врачи -пенсионеры и другие), а также студенты старших курсов медицинских вузов.

основные профессиональные нарушения, попадающие под уголовно – правовые преступления:

1).

неоказание помощи больному;

2).

незаконное производство аборта;

3).

незаконное занятие частной медицинской деятельностью или частной фармацевтической деятельностью;

4).

ненадлежащее оказание медицинской помощи;

5).

незаконное помещение в психиатрический стационар;

6).

заражение ВИЧ-инфекцией;

7).

нарушение правил обращения с наркотиками и подделка рецептов; 8).

нарушение санитарно-эпидемиологических правил;

9).принуждение к изъятию органов человека для трансплантации.

Абсолютно каждый случай профессионального правонарушения (особенно, неоказание или ненадлежащее оказание медицинской помощи больному) и неблагоприятного исхода оказания медицинской помощи, который обусловлен обстоятельствами субъективного характера, должны расцениваться медицинской сообществом как чрезвычайное происшествие.

2.1. Неоказание помощи больному лицом медицинского персонала

Согласно статьи 124 Уголовного кодекса Российской Федерации за неоказание помощи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или специальным правилом, если это повлекло по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью больного, наказывается штрафом в размере до 40 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до 3 месяцев, либо исправительными работами на срок до 1 года, либо арестом на срок от 2 до 4 месяцев.

При совершении того же деяния, если оно повлекло по неосторожности смерть больного либо причинение тяжкого вреда его здоровью, — наказывается лишением свободы на срок до 3 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет и без такового.

Общественная опасность указанного профессионального преступления определяется тем, что совершение его подразумевает грубое нарушение медицинским сотрудником профессионального долга, в следствии чего наступают негативные последствия здоровья и жизни человека, нуждающегося в безотлагательной и срочной медицинской помощи.

Объектом защиты по данной уголовно-правовой норме являются здоровье и жизнь пациента, а также система функционирования органов здравоохранения. Объективная сторона неоказания медицинской помощи выражается в бездеятельности, сознательном отказе медицинского или фармацевтического специалиста от выполнения своих обязанностей по оказанию первой неотложной помощи больному, также возможном сокрытии своей профессии. Изложенная ситуация может происходить как в условиях экстремальных (падение с высоты, ДТП, огнестрельное или ножевое ранение, асфиксия, воздействие электрического тока, внезапное состояние болезни), так и при необоснованном отказе в проведении необходимых лечебно-диагностических мероприятий, отказе в госпитализации больного в медицинскую организацию , при неявке по вызову и подобное.

Следовательно, медицинские сотрудники должны оказывать первую неотложную медицинскую помощь для спасения жизни или предотвращения тяжких последствий пострадавшим на улице, в дороге, в других общественных местах и на дому. Таким образом, в любое время суток и практически в любых местах, везде, где волей обстоятельств данный медицинский сотрудник оказался первым на месте происшествия, и кроме него, необходимую помощь оказать, не может другой медицинский сотрудник по службе (к примеру — врач скорой помощи).

Стихийное бедствие , лечение другого тяжелого пациента, тяжелая болезнь самого медицинского сотрудника, отсутствие транспорта для возможности эвакуации и подобноеые ситуации являются уважительными причинами неоказания помощи пациенту.

Рассмотрение каждой конкретной причины неоказания помощи как , уважительной — решает суд.

Субъект данного преступления всегда специальный. Данное деяние может совершить только лицо, ответственное в соответствии с законом за оказание помощи больному и, как правило, это сотрудники системы здравоохранения (фельдшеры, врачи, медицинские сестры, акушерки, фармацевты , провизоры…).

Отдельно необходимо выделить студентов медицинских вузов, которые обучаются на старших курсах и после прохождения сестринской практики находятся уже в статусе среднего медицинского персонала, а соответственно, обязаны и способны оказать человеку первую и неотложную медицинскую помощь. Лица, получившие специальную медицинскую подготовку, которая необходима для выполнения своих служебных обязанностей (работники органов внутренних дел, пожарные ,ГИБДД, МЧС,и подобные) также , обязаны и способны оказать человеку первую медицинскую помощь.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного статьей 124 Уголовного кодекса Российской Федерации , характеризуется прямым умыслом, когда виновный осознает, необходимость оказания медицинской помощи, но не оказывает ее и уклоняется от выполнения своих прямых обязанностей, хотя имеет возможность ее оказания.

Неосторожностью со стороны виновного медицинского работника обусловлено причинение вреда здоровью средней тяжести (ч. 1) , а также причинение тяжкого вреда здоровью или смерти (ч. 2).

В данной статье появился новый квалифицирующий признак, который четко дифференцирует степень тяжести причиненного вреда здоровью. Согласно этому признаку, из сути статьи 124 УК РФ следует, что уголовная ответственность наступает только в случаях, когда бездействие медицинского работника привело к причинению вреда средней тяжести (ч. 1) или тяжкого вреда или смерти пациента (ч. 2).

При наступлении осложнений в виде легкого вреда здоровью уголовная ответственность не наступает, но это неосвобождает ответчика от гражданскоправовой и дисциплинарной ответственности.

Предшествующая редакция Уголовного кодекса устанавливала ответственность за факт неоказания помощи больному медицинским работником и даже без всяких негативных последствий. Также обращает на себя внимание, значимое — в полтора раза увеличение размера наказания по ч. 2 ст. 124 — до 3 лет лишения свободы с возможным лишением права занимать определенные должности или заниматься медицинской деятельностью на срок до 3 лет. В ранее действовавшем УК срок лишения свободы — до 2 лет. Например, были осуждены и привлечены к уголовной ответственности судом врач станции СМП Г. и врач участковый П., которые не оказали медицинской помощи гражданке Д, с диагнозом острая двусторонняя пневмония, так как у больной, оказавшейся в гостях отсутствовал полис обязательного медицинского страхования. Несмотря на выраженные симптомы болезни, явную тяжесть состояния, гектическую температуру, больная не была госпитализирована. Судебно-медицинская экспертиза установила прямую причинно — следственную связь между наступившей смертьюи неоказанием помощи 72

Возможно оказание медицинской помощи больному не только лично, но и организаций ее другими медицинскими работниками. В случае, если вызванный к больному медицинский сотрудник по недостатку практических навыков или знаний, не может оказать соответствующую медицинскую помощь, он обязан принять все меры к вызову соответствующего специалиста. При этом медицинский работник обязан не только организовать медицинскую помощь, но и проконтролировать ее реальное осуществление (передать больного прибывшей на место происшествия СМП ).

Необходимо еще рассмотреть один важный вопрос — комментируя официальное название ст. 124, включающей определение «неоказание», возможно прийти к выводу, что данное деяние совершается только в виде полного бездействия «ничегонеделания». В реальности очень часто — неоказание помощи пациенту выражается в виде неэффективных, эпизодических попыток что либо сделать и явно не соответствующих клинической ситуации.

Очень часто под действие ст. 124 УК РФ подпадает ситуация , когда пациента после поверхностного осмотра доставляют в больницу, но под предлогом отсутствия мест и без оказания необходимой медицинской помощи, а в отдельных случаях экстренной переадресуют в другую больницу, данные действия, как правило, приводят к самым тяжелым последствиям.

В Англии и США, учитывая отсутствие единого уголовного кодекса, объединяющего все уголовные законы, сложилось право прецедентов судебных или общее право, действующее наряду с парламентскими законами – статутное право.

И ответственность за неоказание медицинской помощи попадает под так называемый «Закон доброго самарянина» — свод законов, регулирующий право на оказание первой помощи и правовое положение лица, такую помощь оказавшего, действующий в большинстве штатов.73

Главный пункт закона — пострадавший, как правило, не может предъявить иск за неправильно оказанную первую помощь, если она оказывалась добросовестно, то есть оказавший помощь действовал, в пределах своих знаний и опыта, стремясь обеспечить облегчение положения пострадавшего. Если пострадавший не был пациентом спасателя, его ребёнком или иным опекаемым им лицом и пострадал не по вине спасателя, спасатель не обязан оказывать первую помощь.

Согласно принципу 6 Кодекса медицинской этики Американской медицинской ассоциации врач имеет право выбирать, кому оказывать медицинскую помощь, за исключением тех экстренных случаев, особенно если больной потерял сознание. Также, в США принят закон об экстренной медицинской помощи, который предусматривает оказание помощи экстренной пациенту в случае, если он не может за нее заплатить.

§ 519 главы 23 раздела 12 Свода законов Вермонта предполагает обязанность лиц оказывать помощь другим лицам, находящемся в опасности. Субъект, предоставляющий необходимую помощь, не может нести ответственность за возможный вред, если в его действиях отсутствовала грубая небрежность и если он не может получить или не будет рассчитывать на получение вознаграждения.54

Ч. 1 § 73-25-37 главы 25 Раздела 73 Свода законов штата Миссисипи «Профессии и виды деятельности» предполагает, что медицинский сотрудник, оказывающий добросовестно и с разумной осторожностью медицинскую помощь любому

The Vermont Statutes URL:http://www.leg.state.vt.us/statutesMain.cfm пострадавшему на месте чрезвычайной ситуации или при эвакуации пострадавшего до места, где медицинская помощь может быть оказана, не несет ответственности за вред пострадавшему, который мог быть причинен в результате любого действия, совершенного при осуществлении разумного ухода и добросовестно .

Неоказание помощи намеренно человеку, находящемуся в опасности, без риска для третьего лица или себя , если медицинский работник мог ее оказать своими силами, или обратившись за помощью, наказывается по ч. 2 ст. 223-6 Уголовного кодекса Франции.

Опасность в данной ситуации должна быть неизбежной и требовать незамедлительных действий. Лицу, согласно сложившейся правоприменительной практике должны угрожать такие серьезные последствия, как смерть или тяжкие повреждения телесные. Неоказание медицинской помощи является деянием умышленным и требует осознания опасности, которой подвержен человек. Незнание может проистекать, например, из диагностической ошибки. Если врача попросили о помощи по телефону, и он единственный, кто может оценить существование опасности для больного, врач не вправе отказаться от оказания помощи, если только предварительно не убедится, что его немедленного вмешательства не требуется. Так, врач, который был вызван к четырехмесячному ребенку по телефону и выяснил, что описанные родителями симптомы не были достаточно серьезными и не требовали от него более быстрого прибытия, был оправдан.

Согласно статье R. 4127-9 Кодекса здравоохранения Франции и статье 9 Кодекса медицинской этики любой медицинский работник должен оказать помощь больному или лицу, получившему травму, которое находится в опасности, или убедиться, что такое лицо получит необходимую помощь. Это положение применяется к лицу, внесенному в список медицинских работников, а также к медицинским работникам, осуществляющим медицинскую деятельность согласно закону или международному договору, а также к студентам-медикам, замещающим или помогающим врачам в порядке, предусмотренном законом.55

Стоит отметить, что в уголовном законодательстве государств АТР (азиатскотихоокеанского региона) не предусмотрена уголовная ответственность за неоказание помощи больному.

Таким образом, самое жесткое регулирование ответственности за неоказание медицинской помощи закреплено в УК РФ. В США и других странах Европы неоказание медицинской помощи в большей мере регулируется гражданскоправовыми отношениями.

2.2 Ненадлежащее оказание медицинской помощи

Ненадлежащее либо преступно-неосторожное оказание помощи следует отличать от неоказания помощи больному за которую предусмотрена ответственность по статье 124 УК РФ.

В Уголовном кодексе последней редакции законодатель изменив терминологию, исключил из разряда убийств «причинение смерти по неосторожности». На сегодняшний день уже никто не подвергает сомнениям, что «убийство» и «неосторожное причинение смерти» — совершенно разные понятия по сути. Ранее существовавший термин «убийство», пусть даже и неосторожное, в сознании общества прочно ассоциировался только с умышленным причинением смерти, то формулировка «неосторожное причинение смерти» меняет понятие по сути. Конечно, это серьезное преступление, так как цена самонадеянности, небрежности, невнимательности, невежества — жизнь человека. Но в современном толковании это ст. R. 4127- Кодекса здравоохранения Франции и ст. 9 Кодекса медицинской этики).(Guigue J. La non assistance a personne en danger. URL: durable.gouv.fr/IMG/spipdgmt/pdf/guigue_cle18b5cf-1 );(Ferrari I. Le medicin devant le juge penal. URL:http://www.lexinter.net/JF/responsabilite_penale_des_medecins.htm );(Code de deontologie medicale. URL: medicale деяние грамотно квалифицировано с юридической стороны и достаточно адекватно виновным действиям медицинского персонала.

Таким образом, в УК РФ появилась ч. 2 ст. 109 профессионально нас интересующая:

«2. Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, — наказывается ограничением свободы на срок до 3 лет либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового».

Необходимо дополнить, что число дел возбужденных по фактам ненадлежащего выполнения медицинским персоналом своих профессиональных обязанностей значительно выше, числа возбуждаемых уголовных дел за неоказание медицинской помощи , соотношение составляет 1:7, следовательно, уголовные дела по фактам ненадлежащего оказания медицинской помощи возбуждаются в 7 раз чаще.

Объектом данного преступления являются те общественные отношения, которые обеспечивают безопасность человеческой жизни при оказании медицинской помощи.

Объективная сторона выражается в определенном деянии медицинского сотрудника (действии его или бездействии), нарушившим правила предосторожности, которые привели к смерти человека. Обязательно должна быть установлена причинная связь между деянием виновного медицинского сотрудника и смертью.

Субъект преступления — всегда специальный: либо лицо только определенной профессии, может осуществлять функции в соответствии с данной профессией, таким лицом может быть медицинский сотрудник: фельдшер,врач, медицинская сестра, провизор и другие.

Анализируя данные, которые характеризовали субъект вышеназванного профессионального преступления, выяснилось, что 15,4% докторов имели определенно недостаточный уровень профессиональных знаний и практических навыков, что отрицательно сказалось на лечебном процессе.

Статистика по степени убывания характеризует, что число уголовных дел возбуждаются в отношении врачей следующих специальностей : хирурги , акушеры-гинекологи, реаниматологи, представители терапевтического профиля, педиатры, врачи СМП, стоматологи. Стоит отметить, что по гражданским искам претензии чаще предъявляются именно к стоматологам и косметологам.

Также было выявлено, что более трети виновных врачей имели высшую и первую врачебные категории, а 34,2% — вторую; среди молодых специалистов, со стажем работы до 3 лет, приходилось всего 7,6%. Объясняется данный факт легко опытные врачи всегда принимают на себя ответственность за больных, страдающих тяжелыми заболеваниями, более сложных в курации и требующих кардинальных медицинских вмешательств.

Субъективная сторона преступления, определенного в ч. 2 ст. 109 УК РФ, характеризуется только неосторожной виной, то — есть отсутствием умысла.

Неосторожная вина медицинских сотрудников может выражаться как преступная самонадеянность, преступная небрежность в отдельных случаях как преступное невежество.

Хотя теоретически уголовное законодательство не знает последнего вида неосторожности, обобщение следственно-судебной и экспертной практики показывает, что грубое невежество в ряде случаев следует квалифицировать как самостоятельный вид неосторожной вины.

Можно сделать вывод, что неосторожность характеризуется отсутствием подобающего отношения к своим профессиональным обязанностям, должной внимательности и предусмотрительности. Ведомственным расследованием и экспертными комиссиями было выявлено, что недостаточное профессиональное соответствие врача квалификационным требованиям в сочетании с недопустимой самонадеянностью имело место в 15% случаев ненадлежащей медицинской помощи.

Хирург Л, второй квалификационной категории и шести-летним стажем работы по специальности , являлся лечащим врачом гражданина П, 36 лет. Гражданин П. поступил в отделение 11 сентября в 11 ч 30 мин с диагнозом: флегмона левого предплечья, левосторонний подмышечный лимфаденит. После осмотра врачом, через 30 мин с момента поступления был взят в операционную. Врач-хирург самостоятельно без осмотра анестезиолого и заведующего отделением с необоснованной поспешностью вскрыл флегмону под масочным фторотановым наркозом. Больной не был обследован и подготовлен к хирургическому вмешательству. Имея высшее медицинское образование, достаточную по стажу врачебную практику врач не мог не знать, что в рамках его уровня знаний и практических навыков не входят такие вмешательства как проведение анестезии Лишь специалист, прошедший соответствующую подготовку – врач анестезиолог – реаниматолог владеет знанием побочного эффекта всех ингаляционных анестетиков Ввиду отсутствия знаний о таких свойствах фторотана, как ганглиоблокирующий эффект, угнетающее влияние на дыхательный центр, клеточный иммунитет и др. и неверного ведения наркоза у больного наступила остановка сердечной деятельности. Проводимые реанимационныех мероприятия не дали эффекта пациент умер 25 октября в 22 ч 30 мин.

По данным судебно-медицинского исследования трупа гражданина П. «…длительная и неадекватная вентиляционная поддержка привела к угнетению дыхания, развитию седечной недостаточности, отека мозга, явившихся непосредственной причиной смерти». На грубейшие нарушения порядка оказания медицинской помощи врачу Л. было аргументировано и достаточно конкретно указано в выводах комиссии судебно-медицинской экспертизы.

Районная прокуратура, изначально ссылаясь на терминологию «врачебная ошибка», упоминавшуюся в одном из пунктов заключения необоснованно прекратила расследование. После протеста областной прокуратуры дело врача Л. было передано в суд, который приговорил доктора к 3 годам лишения свободы 77.

Преступная небрежность является самым частым результатом причинения смерти. Но вместе с тем, причинение смерти по легкомыслию или самонадеятельности, на что справедливо ссылается в Комментарии к УК РФ, представляет большую общественную опасность, чем деяние, которое совершено по небрежности. Это можно объяснить тем, что преступная небрежность — это сознательное нарушение правил предосторожности, которые охраняют здоровье и жизнь человека, врач предвидит возможность наступления смерти пациента самонадеянно полагаясь на ее предотвращение и благополучный исход.

Причинение смерти по небрежности означает, что медицинский работник не предвидел возможности ее наступления, хотя должен был и мог ее предвидеть при необходимой предусмотрительности и внимательности. К примеру, медицинская сестра , не прочитав внимательно этикетку на ампуле, вводит пациенту вместо лекарства сильный яд.

Очень часто и далеко не единичны в медицинской практике случаи сочетаний преступного невежества врача с преступной небрежностью.

В детскую больницу машиной скорой медицинской помощи была доставлена девочка девяти лет, с диагнозом: отравление таблетками . Девочка жаловалась на общую слабость, сонливость, головокружение,вялость. Со слов мамы, выше перечисленные жалобы появились в 22 ч. Девочка, приняв таблетки за витаминк, съела их в неопределенном количестве. Родители бузуспешно пытались промыть ребенку желудок… Скорая помощь, которая прибыла через 20 мин., врачом скорой помощи при осмотре установлено: «Состояние ребенка удовлетворительное. Кожные покровы чистые, обычной окраски. АД 110/70 мм рт.ст., пульс 78 в минуту, удовлетворительного наполнения, ритмичный. Ребенок активный, адекватен, хорошо вступает в контакт. Промывные воды чистые». Девочка была доставлена машиной СМП в стационар. При госпитализации АД 50/10 мм рт.ст., тахикардия до120 в минуту, гипотермия 35,5C. Дежурный доктор, недооценив тяжесть состояния ребенка и нарастающие признаки отравления , проводил в течение часа лишь неадекватную симтоматическую терапию. Не собрал у родителей необходимый анамнез, вел себя высокомерно по отношению к работникам скорой помощи, проигнорировал консультантации докторов из областной детской больницы. Инфузионная терапия , введение препаратов, повышающих ОЦК и других лекарственных средств, влияющих на нарастающую полиорганную недостаточность и показанных ребенку с момента поступления не проводилось, в результате чего на фоне нарастающей сердечно-сосудистой недостаточности ребенок умер.

Врач Ч. был привлечен к уголовной ответственности и приговорен судом к трем годам лишения свободы, а также запретом на заниматия медицинской деятельностью в течение 3 лет после отбытия основного наказания за. преступную небрежность в сочетании с преступным невежеством при оказании медицинской помощи 77.

В случае причинения медицинским сотрудником по неосторожности тяжкого вреда здоровью пациента ответственность уже наступает на основании ч. 2 ст. 118 УК РФ.

Согласно вешеуказанной статьи, причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, которое совершено вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, наказывается лишением свободы на срок до 4 лет, либо лишением свободы на срок до 1 года с лишением права заниматься медицинской деятельностью после отбытия основного наказания на срок до 3 лет (или без такового).

По данной статье Уголовного кодекса была привлечена к уголовной ответственности медицинская сестра хирургического отделения центральной городской больницы Г. После проведенной в хирургическом отделении стационара городкой больницы операционного вмешательства по поводу аппендэктомии в послеоперационнм периоде было назначено лечение с введением лекарственных средств per rectum . При очередной манипуляции медицинская сестра в результате преступной небрежности вместо лекарственного средства ошибочно ввела 25% раствор формалина. Химический ожог прямой и сигмовидной кишки привел к негативным последствияим — тяжкому вреду здоровью78.

Необходимо дополнить, что действующим законодательством не предусматрена уголовная ответственность за причинение по неосторожности легкого и средней тяжести вреда здоровью.

Следует отличать причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью человека или смерти от случайного ее причинения, т.е. таких случаев, когда врач не только не предвидел возможности их причинения, но не должен был и не мог их предвидеть. Так при введении десинсибилизирующих средств , например, димедрола наступает парадоксальная аллергическая реакция и наступает внезапная смерть. Данные последствия расцениваются как несчастный случай , вина лица отсутствует, а уголовная ответственность исключается.

Медицинская ошибка в Англии, которая совершена по недосмотру, неосмотрительности, неосторожности, является только частным проявлением общего гражданского правонарушения, которое именуется по-английски tort of negligence ( халатность).

Семья или сам пострадавший должен предъявить иск о возмещении ущерба. Суду необходимо представить убедительные доказательства, что эта ошибка была проявлением халатности. Истец обязан доказать наличие 3-х составляющих: 1).

врач перед истцом имеет профессиональный долг; 2).

врач своими действиями или бездействием не исполнил этот долг или не исполнил его соответствующим образом; 3).

в результате чего истцу был причинен вред.

В Англии гражданский суд не определяет себе задачу доказать правду или самостоятельно решить вопрос о компетентности врача. Задачей суда является изучение всех обстоятельств дела, изучение доказательств и доводов сторон и, взвесив все, принять решение в пользу той стороны, чьи доказательства и доводы представляются суду более значимыми. В исках медицинским работникам важную роль играют независимые экспертные заключения их же собственных коллег. Нередко ответственности подлежит и администрация больницы или местное управление здравоохранения. Конечно, деньги – это несовершенный способ компенсации за потерю здоровья или смерть. Но другой способ в Англии и др. странах Европы пока не найден.

2.3 Незаконное производство аборта

Согласно статьи 123 Уголовного кодекса РФ 1. Производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, наказывается штрафом в размере до 80 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до 6 месяцев, либо обязательными работами на срок от 100 до 240 часов, либо исправительными работами на срок от 1 до 2 лет.

2. То же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжелого вреда ее здоровью, — наказывается лишением свободы на срок до 5 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового».

Проблема умышленного искусственного прерывания беременности, криминального аборта с нарушением регламентированных для этого медицинского вмешательства порядков, всегда отличалась особой остротой. Совсем недавно незаконное производство абортов занимало в структуре профессиональных нарушений медицинских работников одно из первых мест.

Общественная опасность рассматриваемого преступления связана с тем, что подвергается опасности жизнь и здоровье беременной. В большом числе случаев незаконный аборт влечет за собой такие тяжкие последствия как смерть женщины, инвалидизация, бесплодие и др. Массивное маточное кровотечение, сепсис, шок, воздушная эмболия – это те неблагоприятные последствия, которые приводят к смерти беременной. И чем меньше медицинских знаний и практических навыков у лица, производящего аборт, тем выше вероятность наступления негативных последствий.

В решении суда, который в открытом судебном заседании рассмотривал дело по обвинению акушера-гинеколога городской больницы по части 3 статьи 123 УК РФ, указывалось, что гинеколог С. в своей квартире производила аборты женщинам при различных сроках беременности с использованием медицинских инструментов неоднократно и за крупное вознаграждение. 11.02, в своей квартире и в состоянии алкогольного опьянения, гинеколог С. провела беременной К. криминальный аборт , используя различные растворы и инструменты. В последующем у К. развился гнойный эндометрит, явившийся причиной развития генерализованного сепсиса , полиорганной недостаточности, что явилось причиной смертельного исхода.

Решением суда С. приговорена к четырем годам лишения свободы, также лишением права заниматься врачебной деятельностью сроком на 3 года.

По тем же основаниям была приговорена судом старшая медицинская сестра неврологического отделения городской больницы к 2 годам лишения свободы за проведение криминального аборта в помещении поликлиники беременной З. при сроке беременности — 16 недель, путем введения в полость матки 100,0 мл фурациллина, что повлекло осложнения в виде гнойного эндометрита, сепсиса, и необходимость экстирпации матки.

В случае производства незаконного аборта при значительном сроке беременности (6-7 мес), когда наступают преждевременные роды, гибель ребенка, уже являющегося жизнеспособным, образует состав убийства, а содеянное расценивается и квалифицируется по совокупности преступлений как незаконное производство аборта (ст. 123) и умышленное убийство (ст.105).78

Производство правомерного искусственного прерывания беременности строго регламентируется порядками и стндартами и протоколами оказания медицинской помощи, установленными органами управления здравоохранением. Аборт — это удаление, изгнание эмбриона или плода из матки в сроке до 28 недель, т.е. до момента, когда возможно рождение жизнеспособного плода. Преждевременные роды — прерывание беременности в срок от 28 до 40 недель Незаконный аборт — это преступное прерывание беременности независимо от ее срока.

По нормам законодательства аборт должен производиться в рамках программы обязательного медицинского страхования, в медицинских организациях, имеющих соответствующую лицензию, врачом — акушером-гинекологом, имеющим соответствующий сертификат специалиста.

Статьей 36 Основ законодательств РФ об охране здоровья граждан подчеркивается, что каждая женщина имеет вправе самостоятельно решать вопрос о материнстве. Искусственное прерывание беременности производится только по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям — при сроке беременности до 22 недель, а при наличии медицинских показаний и согласии женщины — независимо от срока беременности. В соответствии с приведенной нормой все аборты можно объединить в 3 группы: аборт по социальным показаниям; аборт по желанию женщины; аборт по медицинским показаниям.

В случае желания женщины, прервать беременност можно только при сроке беременности только до 12 недель. Прежде чем воспользоваться правом на аборт, женщина обязана обратиться в медицинскую организацию и пройти соответствующее медицинское обследование. Аборт может производиться только тех в медицинских организациях, которые получили соответствующую лицензию на медицинскую деятельность, и врачами, имеющими специальную подготовку.

Согласно приказу Министерства здравоохранения РФ от 17.05.07 № 335 «О рекомендуемом образце информированного добровольного согласия на проведение искусственного прерывания беременности при сроке до 12 недель» где перечислены все негативные последствия аборта, каждая женщина должна ознакомиться и подписать этот документ. Аборт по социальным показаниям может проводиться при сроке беременности до 22 недель. Социальные показания определены Положением, утверждаемым Правительством РФ. На сегодняшний день действует перечень социальных показаний, утвержденный постановлением Правительства РФ от 11 августа 2003 г. № 485. Во исполнение этого документа прервать беременность до 22 недель возможно лишь в следующих случаях: беременность в результате изнасилования; наличие решения суда о лишении или об ограничении родительских прав; наличие инвалидности I-II группы у мужа; пребывание женщины в местах лишения свободы; или смерть мужа во время беременности.

Порядок получения разрешения искусственного прерывания беременности в поздние сроки по социальным показаниям и проведение операции искусственного прерывания беременности определен соответствующей инструкцией, утвержденной приказом Минздрава от 14 .10. 2003 г. № 484. Комиссия в составе руководителя медицинской организации, врача акушера-гинеколога, юриста, специалиста по социальной работе решает вопрос об искусственном прерывании беременности в поздние сроки по социальным показаниям. Комиссия рассматривает заключение врача акушера-гинеколога о сроке беременности, письменное заявление женщины, документы, подтверждающие наличие социальных показаний. При положительном решении комиссии и наличии социальных показаний для искусственного прерывания беременности в поздние сроки пациентке выдается заключение с полным клиническим диагнозом, заверенное печатью учреждения и подписями членов комиссии .

аборт по медицинским показаниям, проведение которого возможно при наличии медицинских показаний и согласии женщины независимо от срока беременности. В настоящее время перечень таких показаний существенно сокращен.

Объектом данного преступления является здоровье пациентки и порядок осуществления медицинской деятельности.

Объективная сторона криминального аборта — это активные действия определенных лиц, которые направлены на искусственное прерывание беременности и совершенные с нарушением установленных правил. Причем способ прерывания беременности не имеет юридического значения (стоит отметить, что большинство криминальных абортов проводится механическим способом, реже — в сочетании с химическим).

Преступление закончено с момента, когда беременность прерывается искусственным путем.

Субъективная сторона преступного деяния предполагает абсолютно прямой умысел, так как виновный полностью сознает, что проводит незаконное вмешательство, предвидит, что в результате его действий беременность будет прервана, и желает наступления такого результата.

Мотивом проведения криминального аборта в большинстве случаев бывают корыстные побуждения .

Субъектом преступления, по прямому тексту данной статьи УК (ч. 1), является «лицо, не имеющее высшего медицинского образования, соответствующего профиля». Такая неудачная и расплывчатая формулировка является основанием для многочисленных дискуссий, касающихся ее толкования. Субъектами преступления могут быть медицинские сестры акушерки и иные лица среднего медицинского персонала, а также другие лица, имеющие высшее медицинское образование, но несоответствующую специальность (стоматологи, санитарные врачи, психиатры , рентгенологи и т.п.)

Также это могут быть лица вообще, не имеющие медицинского образования.

Не совсем понятно обстоит вопрос в отношении врачей хирургического профиля, и в первую очередь самих акушеров-гинекологов. Из прямого толкования статьи формально можно сделать вывод, что действующий уголовный закон декриминализировал незаконное производство аборта врачом акушеромгинекологом и такое деяние уже является не преступлением, а только дисциплинарным проступком. Это положение вызывает удивление и вообще трудно объяснимо. Ведь следственно-судебная практика убедительна подтверждает, что абсолютное большинство незаконных абортов проводилось и проводятся именно акушерами-гинекологами.

Во многих штатах США прерывание беременности позиционируется как преступление против жизни. Сейчас таких штатов около 38, причем законы штата охраняют жизнь, начиная с самых ранних сроков беременности . Согласно параграфу Уголовного кодекса штата Алабама 13A-6, убийством считается причинение смерти человеческому существу, включая нерожденного ребенка в утробе на любой стадии развития и независимо от жизнеспособности. Данные положения не могут применяться к действиям врача, имеющего соответствующую лицензию, в процессе лечения женщины. Статья 6 § 16-5 80 раздела 16 Свода законов штата Джорджия определяет ответственность за убийство плода — feticide, под которым понимается умышленное и без законных оснований причинение смерти нерожденному ребенку путем нанесения любых травм матери ребенка56.

Под нерожденным ребенком понимается человеческое существо на любой стадии развития, находящееся в утробе матери. Наказание предусматривает пожизнененное лишение свободы ( Параграф 2-103 раздела 2 Уголовного кодекса штата Мэриленд предусматривает ответственность за убийство жизнеспособного плода).

Данное положение не распространяется на право женщины на прерывание беременности согласно закону, а также не применяется к медицинскому работнику, который совершил данное деяние в процессе лечения, а также к женщине, причинившей смерть собственному плоду. Согласно § 20, раздела 20 Кодекса здравоохранения штата Мэриленд жизнеспособность плода означает стадию его развития, на которой, по мнению лечащего врача и в зависимости от конкретных обстоятельств, существует определенная вероятность выживания плода вне организма матери. Бавсун М., Попов П. Проблемы квалификации убийства во время родов // Уголовное право. 2009. № 3. С. 12-16, Fetal Homicide // URL: Laws National Conference of State Legislatures research/health/fetal-homicide-state-laws.aspx ); Dubow Sara. Ourselves Unborn: A History of the fetus in modern America. Oxford: Oxford University Press, 2010. Alabama Legislative Information. URL: http://alisondb.legislature.state.al.us/acas/ACASLoginMac.asp Вопрос об уголовной ответственности за причинение смерти жизнеспособному плоду во Франции рассматривался Кассационным судом. Автомобиль врезался в другой автомобиль, где находилась беременная женщина . Женщина была ранена и потеряла плод на шестом месяце беременности. Судом первой инстанции был осужден водитель автомобиля за неосторожное причинение телесных повреждений, но наличия причинения смерти плоду не было установлено. Суд апелляционной инстанции измерил решение и признал причинение смерти плоду по неосторожности, однако его решение было отменено Кассационным судом Франции. Кассационный суд указал , что статья 221- 6 Уголовного кодекса Франции не исключает ее применения к неродившемуся жизнеспособному ребенку, только в случае, когда после рождения ребенок дышал и его сердце билось.57 Суд апелляционной инстанции ссылался на то обстоятельство, что ребенок хотя и был жив, но не мог самостоятельно дышать, отделившись от тела матери. Решение это было подвергнуто критике, так как преждевременно появившийся на свет ребенок был жизнеспособен в организме матери, а после рождения не мог выжить по причине полученных в результате аварии травм. Прерывание беременности умышленное и без согласия женщины наказывается по ст. 223-10 Уголовного кодекса Франции. Когда беременность прерывается с согласия беременной, но с нарушением закона, ответственность наступает по другим статьям. Итак, если прерывание беременности проводится без согласия женщины — это является преступлением, а ответственность в разных странах за него весьма отлична: в Российской Федерации оно приравнивается к причинению тяжкого вреда здоровью женщины, во Франции является самостоятельным составом преступления, а в ряде штатов США рассматривает как убийство. Прерывание беременности с согласия женщины, но в нарушение требований, предусмотренных медицинским нормативными актами, наказывается по другим

Official Code of Georgia. URL: http://www.lexisnexis.com/hottopics/gacode/ default.asp. Code of Maryland and Rules. URL: http://www.lexisnexis.com/hottopics/ mdcode/ Bulletin d`information N 540 du 01.08.2001. URL: _2001_1367/n_540_1444/).

Code penal // Legifrance. URL: . docidTexte=LEGITEXT000006070719 статьям, что еще раз доказывает о различном отношении российского и зарубежного законодателя к охране плода от посягательств, связанных с медицинским вмешательством в организм матери .

В США законодательные требования штатов о производстве аборта только врачом были признаны не противоречащими Конституции США ( Connecticut v. Menillo ).

Проведение аборта лицом, не являющимся врачом определенной специальности, в случае если закон штата содержит соответствующее предписание, наказывается как занятие незаконной медицинской практикой. Согласно параграфу 20-208 раздела 20 Кодекса здравоохранения штата Мэриленд аборт должен производиться врачом, имеющим соответствующую лицензию.Точно такое же положение содержит§ 16-12-141ст. 5 гл. 12 раздела 16 Свода законов штата Джорджия. Стоит отметить, что наступление ответственности за незаконное производство аборта связывается не только со статусом лица, но и с нарушением нормативных требований к его проведению (§16-12-140 и 16-12 гл. 12 раздела 16 Свода законов шт. Джорджия; § 26-22-3 раздела Свода законов Алабамы).

К примеру, в 2009 г. была осуждена за незаконное занятие медицинской деятельностью Берта Бугарин (Bertha Bugarin), которая не имела медицинской подготовки, но производила незаконные медицинские вмешательства — аборты и являлась главой клиники по производству абортов.58 Согласно ст. L. 2212-2 Кодекса здравоохранения Франции прерывание беременности осуществляется только врачом. Во Франции лицо, которое не является врачом и прервавшее беременность при наличии согласия женщины, наказывается по ст. L. 2222-2 Кодекса здравоохранения Франции. Если врач, соответствующей специальности прерывает беременность с согласия потерпевшей, но с несоблюдением условий о сроке и месте проведения аборта, то он наказывается по той же статье. Статьями L. 2222-3 и L. 2222-3 предусматриваются наказания за иные нарушения положений закона, касающихся

LifeSiteNews.com. URL: http://www.freerepublic.com/focus/f news/2238880/posts прерывания беременности, совершенные специальным субъектом – врачом.

2.4 Незаконное занятие частной медицинской практикой или частной

фармацевтической деятельностью. Незаконное врачевание

Согласно статьи 235 Уголовного кодекса РФ «. Занятия частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью определенным лицом, не имеющим лицензии на избранный вид деятельности, если это повлекло по неосторожности причинение вреда здоровью человека, наказывается штрафом в размере до 120 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до 1 года, либо ограничением свободы на срок до 3 лет, либо лишением свободы на срок до 3 лет.

Те же деяния, повлекшие по неосторожности смерть человека, — наказываются ограничением свободы на срок до 5 лет или лишением свободы на тот же срок».

Таким образом, субъектом преступления, могут быть как лица, имеющие незаконченное высшее или среднее специальное образование, высшее медицинское образование (провизоры, медицинские сестры, врачи, фельдшеры, фармацевты, акушерки, студенты старших курсов), так и лица, не имеющие медицинского образования совсем. То есть субъект данного преступления — специальный: это лицо, которое занимается частной медицинской практикой без лицензии на избранный вид деятельности.

Комментируя текст рассматриваемой статьи незаконным является как полное отсутствие лицензии вообще, так и продолжение деятельности после окончания срока полученной лицензии либо изменение вида частной медицинской деятельности без получения на нее отдельной процедурой другой лицензии.

Таким образом, не имеющим лицензии, признается тот, кто не получал лицензию на занятие частной медицинской практикой, и тот, кто занимался такой практикой после окончания срока действия лицензии или имел лицензию на занятие другой деятельностью или выданную другому лицу.

Основным условием для наступления уголовной ответственности является совершение преступных последствий в виде причинения вреда здоровью хотя бы одному лицу. При этом, степень тяжести вреда не имеет никакого значения для квалификации деяния по части 1 рассматриваемой статьи.

В Комментарии к УК РФ указывается, что «вред здоровью может быть любым по степени тяжести, включая ухудшение состояния здоровья, вызванное определенными процедурами или принятием лекарственных препаратов, равно как и зафиксированные во врачебном порядке стрессовые состояния, а также иные явные ухудшения психического состояния человека». Важно однако, чтобы была установлена причинная связь между незаконным занятием частной медицинской деятельностью и негативными последствиями наступившими в виде вреда здоровью. Квалифицирующим признаком данного состава преступления (ч. 2 ст. 235) является смерть человека, которая охватывается любой формой неосторожности. Конечно, при этом также обязательно должны быть установлены причинноследственные связи с незаконной фармацевтической или медицинской деятельностью. К сожалению, приходится констатировать, что очень сложно на практике установить такую причину, это порой не только проблематичная, но и неразрешимая задача даже для квалифицированной судебно-медицинской экспертной комиссии. Объясняется это чаще всего объективными трудностями такими, как значительный разрыв в сроках между наступившей смертью больного и самим «незаконным врачеванием» , лечением за указанный промежуток времени в другой медицинской организации и др..

С субъективной стороны преступление, которое предусмотрено статьей 235 Уголовного кодекса РФ, характеризуется прямым умыслом по отношению к самому деянию — осуществление деятельности без лицензии и неосторожной формой вины по отношению к последствиям — причинение вреда здоровью либо смерть человека. Преступление считается заоконченным с момента наступления определенных негативных последствий.

В штатах США лицензия на занятие медицинской деятельность выдается непосредственно медицинскому работнику. Согласно § 12-36- статьи 36 раздела 12 Свода законов Колорадо, лицо, которое занимается, предлагает или делает попытку заниматься медициной или профессией ассистента врача без действующей лицензии совершает мисдиминор 2-го класса и наказывается по § 18-1.3-501 Уголовного кодекса штата Колорадо, то есть может быть приговорен к тюремному заключению на срок от 3 до 6 месяцев, к штрафу от 500 до 1000 долларов или к обоим видам наказания. В случае совершения второго и последующего нарушения лицо наказывается как за фелонию 6 класса согласно § 18-1.3-401 Уголовного кодекса штата Колорадо, то есть к лишению свободы от 1 года до 18 месяцев.

Согласно статьи L. 4161-1 Кодекса здравоохранения Франции незаконно занимается медицинской деятельностью лицо:

  • не имеющее диплома, сертификата по соответствующей специальности или другого необходимого согласно норме закона документа;
  • нарушающее условие, предусмотренное п.

2 ст. L. 4111- гражданство, принимая во внимание исключения, которые предусмотрены законом (ст. L. 4111-7 и L. 41314-1 Кодекса здравоохранения Франции);

  • лицо, наделенное на постоянной и законной основе определенными полномочиями по осуществлению медицинской деятельности и оказывающее содействие лицам, занимающимся медицинской практикой незаконно, с целью обхода требований раздела 1 книги 1 части 4 Кодекса здравоохранения Франции;
  • лицо, которое имеет все требуемые документы: диплом, сертификат …, но осуществляющее медицинскую деятельность, не являясь членом медицинской коллегии, созданной в соответствии с главой 2 раздела 1 книги 1 части 4 Кодекса здравоохранения Франции или во время действия временного запрета, предусмотренного ст.

L. 4124-6 — дисциплинарные меры;

— лицо, которое является врачом, согласно статьи L. 4112-7 Кодекса здравоохранения Франции, т.е. имеющим гражданство одного из государств Европейского Союза и осуществляющее свои профессиональные обязанности, нарушая условия, предусмотренные данной статьей.

Судебная практика констатирует, что незаконное занятие медицинской деятельностью имеет место также и в случаях занятия видами профилактической, и восстановительной медицинской деятельностью .

Запрещение незаконным занятием стоматологией и акушерством содержится отдельно в статьях L. 4161-2 и L. 4161-2 Кодекса здравоохранения Франции, но ответственность за эти действия не отличается от ответственности, которая предусмотрена за незаконное занятие медицинской деятельностью59.

Статья L. 4161-5 Кодекса здравоохранения Франции гласит: « незаконное занятие указанными видами деятельности наказывается лишением свободы на срок до двух лет или штрафом в размере 30 тысяч евро».

Наличие причинной связи между незаконной медицинской практикой и причинением вреда здоровью или смерти. Законодательство штатов США и Кодекс здравоохранения Франции предусматривают формальный состав незаконного занятия медицинской деятельностью.

Ученые Франции отмечают тот факт, что статья L. 4161-1 Кодекса здравоохранения Франции охраняет не общественное здоровье, а монополию медицинских работников в данной сфере деятельности. Стоит согласиться , что рассматриваемое преступление не относится к качеству оказываемых медицинских услуг, а относится к «качеству» (отсутствию разрешения) их субъекта . Нарушение закона имеет место даже в том случае, если результат медицинской деятельности положителен и пациент выздоровел.

Truchet Didier. Code de la sant publique. 25edition. Paris: Dallos, 2011. P. 468.

Выводы

«Институт ошибки» на протяжении нескольких десятилетий глубоко изучается специалистами в области уголовного права. Нормы об врачебной ошибке содержатся в уголовном законодательстве отдельных зарубежных стран, в частности, Болгарии, Польши, Испании, Аргентины, Норвегии, Франции, США, ФРГ.

Разграничение ошибки и умысла постепенно нашло отражение в законодательных актах всех европейских государств, хотя вопрос об ответственности за ошибку всегда решался по-разному.

Специализированная деятельность, носящая за рубежом в основной своей части частноправовой характер, и связанные с ней профессиональные правонарушения в исключительно редких случаях являются предметом уголовного рассмотрения. Еще реже уголовное рассмотрение проводится по поводу медицинских ошибок. В отношении медицинской деятельности в уголовном законодательстве, не говоря уже о второстепеной разнице, в основном предусмотрены наказания только за производство абортов, незаконное врачевание, ложных свидетельств, оперирование без согласия больного, торговлю наркотиками без разрешения. Во Франции уголовным кодексом, кроме того, предусмотрено наказание за разглашение профессиональной тайны. Во все остальные многообразные стороны и сферы медицинской (врачебной) деятельности , а также взаимоотношений врачей и пациентов государство не вмешивается, и возникающие споры рассматриваются гражданскими судами. Гражданские иски за неправильное лечение весьма частое явление, и абсолютно каждый врач находится под угрозой предъявления к нему гражданского иска за нанесенный вред, даже если он сделал все возможное для излечения больного. «Никто не может похвастаться тем, — пишут Форж и Эймс о врачах, — что он закончил свою профессиональную жизнь, не узнав этих неприятностей волокиты судебной процедуры, угнетающих хлопот».

В гражданских судах Европы происходит спор одной стороны против другой и государству совершенно не интересно — прибегает ли к судебной защите частное лицо, чьи права были нарушены, или мирится с этим нарушением, взыщет ли пострадавший компенсацию с должника полностью или частично.

Установление причинной связи между ошибкой врача и причиненным им вредом лежит на истце. Если пациент, в какой-то степени, сам оказывается виновным в неудовлетворительном исходе лечения (нарушение режима, диеты, назначений…), то ответственность врача исключается. Современное законодательство зарубежных стран (Франция, Германия, Австрия…) наказуемой считает только грубую врачебную ошибку. Зарубежное законодательство содержит специальные нормы об уголовной ответственности «за неправильное лечение по незнанию медицинского искусства и за неловко, неумело проведенную операцию», например параграфы 856, 857 УК Австрии.

Принципы врачебной ответственности за медицинские ошибки в США, как и в Англии, построены на судебных прецедентах (случаях), как бы заменяющих закон.

Таким руководящим прецендентом в США было решение Нью-Йоркского апелляционного суда (вынесенное 76 лет назад по делу Пика), которое содержало принципы, послужившие в дальнейшем основой для решения вопросов ответственности врачей за профессиональные ошибки. Это решение гласит: «Врач или хирург, взявшийся за лечение, тем самым показывает, что он обладает, а закон требует от него, чтобы он обладал достаточными знаниями и искусством, которыми обычно обладают врачи и хирурги в местности, где он практикует, и которые обычно рассматриваются лицами, знакомыми с медицинской профессией, как необходимое условие для занятия медициной и хирургией. Соглашаясь лечить пациента, он берет на себя обязанность проявить разумную заботу и внимание (reasonable care and diligence) для выполнения той задачи, которую он на себя принял. Далее он обязан использовать свое лучшее суждение (judgment) применении своего искусства и знаний».

Правила не требуют исключительных познаний и искусства от хирурга, которыми обладают только немногие люди с редкими способностями, всегда имеют в виду только средний для медицинской профессии уровень соответствия. Каждый врач обязан быть на уровне медицинской науки своего времени и не должен уклоняться от применения проверенных общеупотребительных методов (approved methods in general use).

Правило «разумной заботы и внимания» не требует от медицинского работника применения максимально возможной степени заботы (highest possible degree of care).

Определенное соглашение между врачом и больным не содержит гарантии только благоприятных результатов. Однако врач гарантирует применить свои знания и умение среднего врача и проявить разумную заботу и свое лучшее суждение в стараниях, а следовательно достигнуть благоприятных результатов .

Аналогичные требования к врачу при рассмотрении исков в суде предъявляются и в Англии.

В процессе квалификации преступления в судопроизводстве США важным отличием является то, что современное американское право к причинам возникновения смерти относит любые незаконные действия, обусловившие смерть, наступившую в течение 3 лет после их совершения.

В Великобритании как и в США, существует особый вид юристов — коронеры , которые, как правило, имеют два высших образования — медицинское и юридическое, и расследуют сложные дела, касающиеся насильственной и скоропостижной смерти. В России практически нет таких специалистов.

В отличие от зарубежных стран информация существе обвинительных и оправдательных приговоров, о решениях кассационных инстанций ,о количестве их в нашей стране не регистрируется, не публикуется, не анализируется. Таким образов в России игнорируется весьма важный принцип для профилактики правонарушений в медицине: «знающий уже защищен».

Учитывая изложенное, зарубежные руководства по медицинскому праву отличаются от отечественной литературы в значительно лучшую сторону, так как в них уделяется значимое место рекомендациям и профилактике преступлений среди медицинского персонала. Акцентируется и активно реализуется тезис о том, что врачи обязаны быть точно информированы о всех методах и обстоятельствах оказания медицинской помощи, которые являются наиболее опасными в смысле возникновения неблагоприятного исхода и особенно — по материалам уже завершившихся судебных процессов.

По российскому уголовному законодательству, ошибки в профессиональной медицинской деятельности, которые обусловлены внешними, объективными факторами, не несут уголовной ответственности, если же такие ошибки обусловлены внутренними, субъективными факторами, то медицинские сотрудникм будут привлечены к уголовной ответственности за ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей.

Все изложенное подчеркивает необходимость углубленного изучения правовых и судебно-медицинских аспектов проблем ненадлежащего оказания медицинской помощи, а сравнение зарубежной и отечественной практики позволяет выбрать оптимальный и рациональный путь профилактики правонарушений с использованием позитивного опыта и исключением ошибок, уже допущенных зарубежными коллегами.

Заключение

В результате проведенного анализа по теме «Уголовная ответственность медицинских работников» можно сделать ряд выводов:

Больной человек добровольно и сознательно вверяя врачу самое дорогое, что дается ему природой, — свою жизнь и здоровье, вправе рассчитывать: на искреннее стремление врача помочь избавиться ему от страданий, на его профессиональные знания и высоконравственные черты характера.

Медицинская и юридическая практика свидетельствует, что чем выше правовая культура медицинских работников, тем неукоснительнее ими исполняются профессиональные обязанности, тем выше качество и эффективность лечебно-диагностической помощи пациенту, тем реальнее обеспечиваются права и законные интересы граждан в сфере охраны здоровья.

Четкое определение пределов и оснований уголовной ответственности является необходимой гарантией против необоснованных обвинений медицинских работников в тех случаях, когда вред причинен не вследствие их недобросовестности или небрежности, а ввиду, например, особой сложности диагностики заболевания, отсутствия на данный момент научно обоснованных методов лечения или других объективных причин.

«Незнание Закона не освобождает от ответственности» так гласит один из основных и наиболее известных всем постулатов права. А что мы делаем, чтобы законы знали не только все должностные лица сферы здравоохранения, но и их коллеги — подчиненные — врачи, среднее медицинское звено.

Как показывает анализ более тысячи уголовных дел по обвинению медицинских сотрудников в совершении профессиональных правонарушений в неоказании и ненадлежащем оказании помощи больному — многие процессы закончились обвинительным приговором, нередко связанным с лишением свободы. И в подавляющем большинстве случаев одним из важнейших обстоятельств, способствовавших совершению деяния, являлось элементарное незнание обвиняемым основных правовых норм, регулирующих профессиональную медицинскую деятельность, в том числе, статей уголовного законодательства, прямо адресованных медицинскому персоналу, так называемое «слепое неведение».

Должностные лица системы здравоохранения обязаны владеть должным уровнем специальных правовых знаний, совместно с профессиональными медицинскими ассоциациями целенаправленно и постоянно вести правообразовательную и правовоспитательную работу в медицинских коллективах, что позволит своевременно профилактировать случаи ненадлежащего качества оказания медицинской помощи, сохранить жизнь и здоровье многих людей.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

[Электронный ресурс]//URL: https://leaktrix.ru/bakalavrskaya/neobosnovannost-obvineniya-i-pravovaya-zaschita-meditsinskih-rabotnikov/

1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 дек.

1993 – М.: Эксмо-Пресс, 2016 – 32с. 2. Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации: федер. закон Рос. Федерации от 21ноября 2011 N 323-ФЗ : принят Гос. Думой 1 ноября 2011 г. : по сост.на 2015г.-М.: Норматика, 2015.-71с. 3. Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации: федер. закон Рос. Федерации от 29 ноября 2010 N 326-ФЗ : принят Гос. Думой 19 ноября 2010 г.: по сост. 01 янв. 2016г.- М.: Проспект, 2016.-96с. 4. О судебной системе Российской Федерации: федер. конст. закон Рос. Федерации от 31.12.1996 N 1-ФКЗ: принят Гос. Думой 23 окт. 1996 г. : по сост. на 01марта 2013 г.-М: Норматика, 2013.-16 с. 5. О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей: федер. закон Рос. Федерации от 29.12.2006 N 256-ФЗ: принят Гос. Думой 22 декабря 2006 г. //Рос. газ. -2006.- 31 дек. 6. Об обращении лекарственных средств: федер. закон Рос. Федерации от 12.04.2010 N 61-ФЗ : принят Гос. Думой 24 марта 2010 года//Рос. газ. — 2010. — 14 апр. 7. Об охране окружающей среды : федер. закон Рос. Федерации от 10.01.2002 N 7 ФЗ : принят Гос. Думой 20 дек. 2001 г.: по сост. на 01 янв. 2016 г .– М : Омега –Л , 2016.- 67с. 8. О социальных гарантиях гражданам, подвергшимся радиационному воздействию вследствие ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне :федер. закон Рос. Федерации от 10.01.2002 №2 –ФЗ: принят Гос. Думой 21 дек. 2001 г. // Рос. газ. 2002.- 12 янв.; Парл. Газ.- 2002.- 12 янв.; Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002.- 14 янв. N 2, ст. 128. 9. О наркотических средствах и психотропных веществах : федер. закон Рос. Федерации от 08 янв.1998 N 3-ФЗ (ред. от 29.12.2015): принят Гос. Думой 10 дек. 1997 г.// Собр. законодательства Рос. Федерации.- 1998.- 12 янв. N 2, ст. 219; Рос. газ.- 1998.- 15янв. 10. О радиационной безопасности населения : федер. закон Рос. Федерации от 09 янв. 1996 N 3-ФЗ (ред. от 19.07.2011) // Собр. законодательства Рос. Федерации.- 1998. 12 янв. N 2, ст. 219; Рос. газ.- 1998.- 15 янв. 11. О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции): федер. закон Рос. Федерации от 30 марта 1995 N 38-ФЗ (ред. от 30.12.2015) : принят Гос. Думой 24 фев. 1995 г. // Рос. газ. -1995.- 12 апр. 12. О государственных пособиях гражданам, имеющим детей : федер. закон Рос. Федерации от 19 мая 1995 N 81-ФЗ (ред. от 29.12.2015): принят Гос. Думой 26 апр. 1995 г. // Собр. законодательства Рос. Федерации.- 1995.- 22 мая N 21, ст. 1929, Рос. газ. -1995.- 24 мая. 13. О защите прав потребителей : федер. закон Рос. Федерации от 07 фев. 1992 N 2300-1 (ред. от 13.07.2015) //Ведомости СНД и ВС РФ -1992.- 09 апр.; Собр. законодательства Рос. Федерации.- 1996.- 15 янв. ; Рос. газ. -1996.- 16 дек.. 14. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая от 30 ноябр. 1994 N 51 ФЗ: принят Гос. Думой 21 окт. 1994 г. : по сост. на 01апреля 2016 г.– М.: Эксмо – Пресс, 2016.- 864 с. 15. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая от 26.01.1996 N 14-ФЗ: принят Гос. Думой 22 дек.я 1995 г.: по сост. на 01апр. 2016 г.– М.: Эксмо – Пресс, 2016.- 864 с. 16. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть третья от 26 ноябр. 2001 N 146-ФЗ: принят Гос. Думой 1 ноября 2001 г. по сост. на 01апреля 2016 г.– М.: Эксмо – Пресс, 2016.- 864 с. 17. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138 ФЗ : принят Гос. Думой 23 окт. 2002 г. : по сост. на 25 марта 2016 г. – М: Проспект, 2016.- 192 с. 18. Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 дек. 2001 N 197-ФЗ: по сост. на 25 марта 16 г.- М.: Кнорус, 2016.- 256 с. 19. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ: принят Гос. Думой 24 мая 1996 г.: по сост. на 01 апреля 2016 г.- М.: Эксмо-Пресс, 2016.- 256 с. 20. О государственной поддержке развития медицинской промышленности и улучшении обеспечения населения и учреждений здравоохранения лекарственными средствами и изделиями медицинского назначения : постановление Правительства Рос. Федерации от 30 июля 1994 N 890 (ред. от 14.02.2002) // Собр. законодательства Рос. Федерации.- 1994.- N 15, ст. 1791; Рос. вести — 1994.- 10 авг. 21. О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2016 год : постановление Правительства Рос. Федерации от 19 дек. 2015 N 1382 // Собр. законодательства Рос. Федерации. -2015.- N 52, ч. I, ст. 7607 22. Абоймов В.В. Обеспечение и защита прав граждан в системе обязательного медицинского страхования /В.В. Абоймов , А.В. Азаров и др., — М.: Федеральный фонд ОМС, 2001,- 112 с. 23. Азаров А.Я. Права человека: новое знание / А.Я. Азаров, — М.: Знание, 1995.- 255 с. 24. Акопов В.И. Медицинское право в вопросах и ответах / В.И. Акопов, — М.: Приор, 2000. — 208 с. 25. Акопов В.И. Юридические основы деятельности врача / В.И. Акопов , А.А.Бова , М.: Экспертное бюро-М, 1997. — 256 с.

26. Александров М.А. Организация контроля качества медицинской помощи в системе обязательного медицинского страхования/М.А.Александров, — М: Главный врач, 2013. — N 2. 27. Александрова О.Ю. Перспективы формирования законодательства в сфере охраны здоровья граждан / О.Ю. Александрова – М.: Главврач, — 2010. – С3. 28. Алексеев С.С. Восхождение к праву: поиски и решения/ С.С. Алексеев, — М.: Норма, 2001.-752 с.

29. Бершадская М.Б. Будет ли медицинский работник иметь право на отказ от производства аборта?/ М.Б.Бершадская,-М: Главный врач, 2012. — N 2. 30. Бескаравайная Т. Заклятые друзья / Т.Бескаравайная, — М: Медицинский вестник, 2015.- N 19. 31. Бескаравайная Т. Не зарплатой единой / Т.Бескаравайная, — М: Медицинский вестник, 2015.- N 14-15. 32. Борисов Б.Л.Юридическая и моральная ответственность медицинских работников/Б.Л.Борисов, — М: Главный врач, 2013.- N 10 33. Восканян Е. Право на право / Е.Восканян, — М: Медицинский вестник, 2014.- N 35. 34. Герасименко Н.Ф. Проблемы и перспективы формирования законодательной базы в области охраны здоровья на федеральном и региональном уровнях / Н.Ф. Герасименко. – М: Управление здравоохранением, — 2009. — № 3 . 35. Герасименко Н.Ф. Состояние и перспективы правового регулирования охраны здоровья населения Российской Федерации / Н.Ф. Герасименко .-М: Здравоохранение в Российской Федерации, — 2005. — № 2. 36. Гоглова О. Предлагают заплатить трижды / О.Гоглова, -М: Медицинский вестник, 2015.- N 10-11. 37. Горский А.И. Право выбора гражданином врача и медицинской организации/ А.И.Горский,- М: Главный врач, 2013. N 1. 38. Гришунина А. Знак качества/ А.Гришунина, — М: Медицинский вестник, 2015. — N 23-24. 39. Зарубина Т. Перелом в сознании произошел/ Т. Зарубина, — М: Медицинский вестник, 2015.- N 31. 40. Кадыров Ф.По замкнутому кругу/ Ф.Кадыров, — М: Медицинский вестник, 2015. N 25. 41. Калашников С. Менять систему шаг за шагом / С.Калашников, — М: Медицинский вестник, 2015.- N 3. 42. Ковалевский М.А. Конституционные принципы обязательного медицинского страхования/ М.А. Ковалевский , — М.: Федеральный фонд ОМС, 2000. 120 с.

43. Милушин М.И. Правовое регулирование обращения медицинских изделий/ М.И.Милушин,- М: Правовые вопросы в здравоохранении, 2015.- N 3. 44. Невзорова Д. Проблемы прежде всего в головах медицинских работников / Д. Невзорова, — М: Медицинский вестник, 2015.- N 22. 45. Нижегородцев Т. В стране нет единого медицинского пространства /Т. Нижегородцев, — М: Медицинский вестник, 2015.- N 20-21. 46. Романовский Г.Б. Право на осуществление медицинской деятельности/Г.Б.Романовский, — М: Главный врач», 2013.- N 3. 47. Сборник нормативных актов по охране здоровья граждан Российской Федерации / под ред. Ю.Д . Сергеева, — М.: Претор,- 2000 г.- 153 с. 48. Сергеев Ю.Д. Судебно-медицинская экспертиза по делам о врачебных преступлениях / Ю.Д. Сергеев,В.Н. Флоря, -М: Медицинское право, 2009.- N 2. 49. Стародубцев М. В статистику не попала/ М.Стародубцев,-М: Медицинский вестник, 2015.- N 32-33. 50. Стародубцев М. Врачебная ненастороженность / М.Стародубцев, — М: Медицинский вестник, 2014.- N 25. 51. Старченко А. Лицензия — не индульгенция /А. Старченко, — М: Медицинский вестник, 2015.- N 19. 52. Старченко А. Против «вкусовщины» и субъективизма»/ А.Старченко, — М: Медицинский вестник, 2015.- N 32-33. 53. Boulden J. Transpacific Study Reveals Different Liability Fears / Boulden J. Mississippi Medical News. – 2008, February. – P. 5. 54. Connecticut Center for Patient Safety Medical Error / Connecticut Center for Patient Safety, 2014 55. Criminal Negligence Changes Rarely Filed Against Doctors — Seattle Times, 1998 56. Higuchi N. Article 21 of the Medical Practitioners Law / Higuchi N. — Japan Medical Association Journal., 2008, July-August. – Vol. 51. – № 4. – р. 258–261. – р. 259. 57. Kohn L.T. To Err Is Human: Building a safer health system / Kohn L.T., Corrigan J.M., Donaldson M.S. (Eds.) — Committee on Quality of Health Care, 2014 58. Liang B.A. A system of medical error disclosure / Liang B.A. — Quality & safety in health care. – 2002. – № 11 59. — The Project «Medical Liability in Pennsylvania» – Washington, 2005 — P.758 60. MacCourt D. Medical error reduction and tort reform through private, contractually based quality medicine societies / MacCourt D., Bernstein J. — American Journal of Law & Medicine., 2009.–№ 35. . 61. MacCourt D. Patient Safety Education Program / MacCourt D. — The Facts, 2015. 62. Penningtons Solicitors LLP. Clinical Negligence Annual Report 2012 / Penningtons Solicitors LLP. – London, 2012. — P. 4.